Нимфа для красного дракона

Твой отец этого тоже не одобрит, а без его денег ты и дня не проживешь во внешнем мире. Да и в Шепчущий лес тебя не пустят.

Ага! Так он все же ее муж!

Вот это уже гораздо интереснее!

Кто бы мог подумать, что он окажется таким! Таким, что прямо дух захватывает. Кира не привыкла к таким красивым мужчинам рядом с собой. Нет, конечно, в ее родном мире тоже встречались красавчики, но то в основном были телезвезды или актеры в кино, которых гримировали для очередной роли. Этот же был живой. Настоящий муж... и... дракон? Вроде Мериардок говорил, что Кариэтту выдали замуж за дракона? Может, это звание такое?

— Что ты делаешь? — Он уже стоял перед ней, снова хмурясь, а Кира пыталась заглянуть тому за спину.

— Пытаюсь понять, есть ли у тебя хвост или крылья, — хохотнула девушка. Кажется, ее крыша сегодня решила тихо пошуршать шифером.

— Кари... — очередной тяжелый вздох.

Он опустился перед ней на одно колено, держа в руках смоченную чем-то марлю. Взяв ее руку, принялся осторожно протирать ссадины.

— А вы... вы мой муж, да? — все же решила она поинтересоваться еще разок, так, на всякий случай. Мало ли что? Он ведь не назвал ее именно своей женушкой.

На это последовало очередное раздражение. Красноволосый зло что-то пробормотал, более не поднимая на нее взгляда и стирая кровь с ее кожи уже менее трепетно.

— Простите, но я и правда ничего... — начала она было снова, но тут он резко поднялся на ноги и кинул тряпицу в сторону.

— Хватит! Кари, сколько можно! — зло прорычал он. — Я устал от твоих постоянных выдумок! От попыток отомстить и испортить мне жизнь! Я не виноват, что ты не стала женой Дарена! Он встретил Полину, и она оказалась его истинной! Когда ты это, наконец, поймешь и успокоишься?!

Кира вся сжалась, потому что выглядел он при этом совсем недружелюбно, а она в принципе была не любительницей конфликтов.

— Я... понимаю, что это, наверное, все очень странно, и, видимо, в прошлом я натворила немало плохого... Но я правда ничего не помню. Я очнулась в саду, в каких-то зарослях и еле выбралась оттуда.

— Ты лжешь! — он вдруг подался к ней ближе, ставя руки по обе стороны от нее на спинку диванчика. Кира разве что не пискнула от испуга, а заодно и от пикантности позы.

— Нет...

— Я чую это, — из его груди послышался настоящий рык, а щеки вдруг все покрылись чешуей. — Чую твою ложь!

— Клади, — выдавила она, вжимаясь в спинку дивана.

— Что? — снова эта морщинка меж красных бровей.

— Не ложь, а клади. Так правильно.