Сердце даэдра

— А это кто с тобой? Какой любопытный экземпляр, — маг — судя по куче амулетов, которые гремели на бычьей шее — окинул дремору пристальным взглядом.

— Мое имя Эштон, — пробасил воин Обливиона, скрещивая руки на груди. Новый знакомый ему не нравился.

— Горд, как и все дреморы, но гораздо более честолюбив, чем его сородичи. Держи с ним ухо в остро, — громко прошептал Дэзмонд так, чтобы Эштон точно услышал.

— Знаю, — Алисия пожала плечами и двинулась вслед за старым другом в глубину коридоров, ярко освещенных факелами и подсвечниками.

— Один и тот же? — удивленно вскинул брови Дэзмонд, уверенно лавируя между магическими рунами на полу. — Если тебя так интересует мир людей, Эштон, то может, ты согласишься поучаствовать в моем эксперименте?

Дремора недоверчиво покосился сначала на Алисию, потом на мага. Ему не нравились люди, превосходящие его в росте и ширине плеч, но в глазах колдуна мелькали те же любопытные искорки, которые горели во взгляде Алисии, когда она рассказывала о своих научных теориях, поэтому Эштон неохотно кивнул.

— Может быть.

— О, тебе понравится! Я разрабатываю заклинание, которое позволяет призванным существам оставаться в мире людей на целые сутки! — горделиво провозгласил Дэзмон.

Взгляды дреморы и Алисии сразу стали заинтересованными. Но договорить маг не успел: он вывел своих спутников в большую пещеру, в которую, видимо, когда-то провалился целый форт. Сейчас его разрушенная покосившаяся башня занимала почти все место, между обломков приходилось пробираться зигзагами.

— Эта дура не рухнет нам на голову? — опасливо покосившись на разрушенный карниз, уточнила Алисия.

— Нет, мы все здесь укрепили. Свободных комнат полно, заселим тебя и твоего товарища, если, конечно, вступительный взнос принесла.

Эштон насторожился, но заметив, как Алисия с довольной улыбкой погладила древко посоха, тут же расслабился: откупом явно был не он. По крайней мере, не сегодня.

Войдя в просторную комнату внутри башни, пол которой круто поднимался вправо, Эштон увидел второго колдуна — вихрастого рыжего паренька, усыпанного веснушками от кончика носа до макушки.

Дреморе не нравилось, что старые знакомые его подопечной проявляют такую радость при виде нее, но он не мог понять, почему испытывает столь сильное раздражение.