Сердце даэдра

Алисия призывала дремору по поводу и без, чтобы не сражаться самой и чтобы было с кем поболтать во время долгого пути. Вскоре она узнала, что его имя — Эштон и что сейчас он служит в страже принца Шеогората. Последняя новость насторожила Алисию: если планы обычного хитреца можно попытаться предугадать, то действия слуги безумного даэдра, быть может, и вовсе невозможно понять.

Но за все время пути на поверхность дремора вел себя вполне спокойно: рассказывал все, что помнил о руинах, и даже понемногу приоткрывал ей завесу тайны к мировоззрению своих сородичей, но Алисия все равно оставалась начеку.

Она думала о том, как обезопасить себя во время более серьезных исследований, какие защитные руны подойдут для того, чтобы частично сковать волю даэдра, и с помощью каких формулировок задавать сложные вопросы, чтобы Эштон не смог увильнуть от ответов.

Множество мыслей занимало голову колдуньи, пока она шагала по улицам Винтерхолда, кутаясь в тонкий плащ. Серое небо, затянутое тучами, роняло на землю крупные хлопья снега, они неприятно кололи лицо и руки, но куда более противным был магический фон, который Алисия ощутила, едва ступив на мост, ведущий к воротам коллегии.

Судя по следам магии, витающим в воздухе, случилось что-то неприятное. Обеспокоенная, колдунья поспешила в главный зал.

Стоило ей войти, как ее взгляду открылась странная картина. Колодец с энергией в центре зала почти померк, на стенах виднелись следы от огненных шаров и царапины от льдин, пол был покрыт инеем и искрился от остаточных разрядов молний.

В углу стоял ученик — из тех, которые прибыли в коллегию как раз в тот день, когда она собиралась отправиться в путь.

Парень-норд таращил испуганные глаза и часто дышал, а Онмунд пытался его успокоить. Заметив вошедшую Алисию, боевой маг бросил на нее полный ярости взгляд.

— Твои эксперименты переходят все границы! Посмотри, что ты наделала, — Онмунд обвел зал широким жестом руки.

Алисия еще раз оглянулась, стараясь подавить ухмылку. С тех пор, как боевой маг сменил Мирабеллу Эрвин на посту мастера-волшебника, жизнь колдуньи стала просто невыносимой.

Онмунд придирался к ней по любому поводу, а иногда и без, и Алисия не знала, чем так насолила ему и может ли предпринять что-то, чтобы их отношения перестали быть столь напряженными.

— Но я только что пришла, — резонно заметила Алисия, переступая полосу инея на полу. — Да и с магией разрушения я знакома не настолько хорошо, чтобы устроить такой бардак.