Попаданка грабит замки

— Не могу похвастаться, — искренне и с сожалением недоумевала я, пятясь подальше от разъяренного психопата.

— Господин, — подлез между нами Рюдрат. — Это очевидно. Она лунная ведьма. Редко, но луна покровительствует своим созданиям. Полагаю, вам нельзя наказывать и тиранить девушку. Луна вам не простит.

А гном ведь не промах. Правда, защитил меня от Его Темнейшества. Теперь семейка Дарков не может мне ничего сделать, и им придется договариваться.

— Ты уверен? — мужчина устало потер пальцами переносицу.

Тут он был прав. Медея разошлась не на шутку и голосила на всю округу, перебирая разные бранные выражения, в основном направленные на верного прислужника сына. Борский, между прочим, ничуть не смущался и явно испытывал удовольствие от ее гнева. Скользнув за дверь, мы услышали, как он копошится и не спешит возвращаться.

— Значит, луна тебя защищает? — смерил меня Эдмунд презрительным взглядом. — Нам придется сотрудничать, если ты хочешь вернуться домой?

— Видимо, да, — пришла моя очередь улыбаться и чувствовать себя хозяйкой положения.

— Ты! Нахалка! — Темнейшество взбесилось. — Я не могу, ты тотчас сбежишь.

— Куда? — развела я руками. — Я в вашем мире не ориентируюсь, при наличии магии, пользоваться ей не умею. Я отчаянная, но не дура.

— Тебе придется дать клятву, — нахмурился он, все еще предполагая обман.

— А вам снять ошейник. Ну? — потянула вперед сложенные ладошки. — В конце концов, со мной вы ничего сделать не можете, а я... — обвела комнату, — вполне могу.

Это какие шикарные перспективы открываются... для меня. Ни мачехи бубнящей нет, мечтавшей сбыть меня с рук, ни работы. Жить буду на полном пансионе. А то что где-то ходит бледная моль с плохим характером, так я почти привыкла. В библиотеку посетители и похуже приходят.

По-моему, Эдмунд был готов согласиться. На кончиках его пальцев образовались искры, но едва хотя бы одна успела соскользнуть, как из угла раздался вопль Медеи, и зашуршали переворачивающиеся страницы.

— Чем это вы занимаетесь? — древняя колдунья нависла над нами с нечитаемым выражением лица. — Дорогой сын, ты, что, намеревался отпустить эту мерзкую вертихвостку?

— Конечно, — развернулась к старой стерве, — у него сегодня план по всяким мерзостям. Вас выпустил, и меня выпустит.

Отпора госпожа Дарк не ожидала.