Призывающая волну

Русалы, которые проходили какой-то никому неизвестный обряд, в результате которого получали силы и умения лучших воинов. Они не знали страха и усталости, их невозможно было подкупить. Потому что они лишались чувств, сомнений и как будто разума, и иного смысла в жизни, кроме служения своему господину или госпоже.

Приказ, каким бы он не был, и чего бы ни стоило его выполнение, вот и всё, чем они жили. Если приказа им не отдавали, то они стояли истуканами, словно каменные или глиняные статуи, лишенные любых признаков жизни.

Подчинялись они только тем потомкам Ле-Гуннов, в которых сочетались сильная родовая кровь, искра силы и наследственная память о той ветви рода, что пошла от прежних властителей пещер Теней.

Когда проснулись вулканы на юге, погиб не только Повелитель, погибли и трое из семи сыновей Ле-Гунна. Провинции же рядом, а свои земли Ле-Гунны готовы были защищать любой ценой и от любого врага. И так вышло, что единственным потомком властителей пещер с искрой сил в крови оказалась Райнис.

Её отец пытался её вернуть, но Юфей отказался принимать выкуп. Хотя иногда и жалел об этом.

Потому что не было в подводном мире никого, кого бы он ненавидел так же люто, как Райнис Ле-Гунн.

Глава 2

Подводный мир.

Саар-Нали-Юфей.

Столица подводного мира продолжала жить своей жизнью. Кто-то куда-то спешил, кто-то не спеша прогуливался. Стражи на стенах несли свою вахту, слуги деловито спешили по сотням различных поручений, наши аристократы делили должности при дворе, интриговали.

.. Из сада доносился смех наложниц и звуки музыки.

Никому и дела не было до того, что я потерял ещё одного сына. Сначала старший, а спустя совсем немного времени и младший, улыбчивый и озорной Чен.

Мои дети, частички моей души, моя плоть, моя кровь. Единые со мной в мыслях, отцовская гордость. А меня лишили даже возможности их оплакать. Сердце в груди то сжималось от боли непредставимой потери, то начинало яростно биться, требуя найти и покарать виновных. Залить душевную боль их кровью и муками.

Матери обоих моих сыновей погибли в момент родов. Организм наших женщин был так устроен, что после ночи оплодотворения, внутри их тел начинали созревать сотни нерестовых икринок. Они росли, увеличивались, набирались сил, вытягивая их из матери, истончая её тело, заполоняя собой всё её тело.

На время вынашивания русалки теряли способность к обороту и находились в человеческом облике. Только явная опасность для жизни, позволяла будущей матери обернуться.