Призывающая волну

Ветер хлестанул резким порывом, искры-шарики закрутились вокруг, заставляя развернуться и сделать шаг к почти погасшему свечению, куда толкал меня ветер. То ли следующий порыв оказался сильнее предыдущих, то ли от этого перехода шла непонятная тяга, но я резко провалилась в темноту. Только успела заметить метнувшуюся следом за мной одну из искорок.

- Колыбель из лозы сплетенную,

Я доверю воле волны.

И дочь новорождённую,

Отпущу, по нитям судьбы.

Ты неси, волна, её бережно,

Осторожно неси, волна,

Ты храни её сон настороженный,

Сбереги мою дочь, волна.

Слова старой-старой колыбельной, которую когда-то пела моя мама, повторялись сотнями голосов вокруг. Темнота сменилась странным, приглушённым светом. Ещё не открывая глаз, я поняла, что лежу на чём-то мягком и тёплом.

Решившись, открыла глаза. Первое, что я ощутила, это жуткая головная боль. Не сдержавшись, я простонала. Чем, видимо, привела в движение странный калейдоскоп из картинок и воспоминаний из своей жизни перемешанных с чьими-то чужими.

Чужие мысли и чужие эмоции обжигали злостью и жадностью. А ещё были просто пропитаны самовлюбленностью.

- Или ягоды в чае были забродившие или я надышалась от этой рыбы. Русалка, авария, Мир Морей. - Заговорила я вслух, чтобы разогнать тишину вокруг.

Голос был не мой. Этот звучал резче, жёстче. Я перевернулась на спину и попыталась встать. Но не получилось. Мешал хвост. Точно такой же, что был у русалки. И он то появлялся, мерцая и переливаясь разноцветными чешуйками.

То исчезал, показывая, что и ноги у меня тоже есть.

Надеясь, что хвост сейчас определиться, оставаться ему или нет, я облокотилась на гладкую каменную стену. Низ живота стягивало болезненное, но странно знакомое ощущение. Эта девушка, Райнис, говорила что-то про ночь оплодотворения. Это напомнило мне собственные ощущения после первого раза с Дмитрием. Вот если раз этак в десять усилить, то получится именно то, что я испытывала сейчас.

Линии на песке, уже смазанные вызвали воспоминания, которые похоже принадлежали Райнис.

Хотя Райнис теперь я. Я помнила тот страх, который она испытывала чертя по памяти все эти закорючки, трясущимися руками. И её злость, как он посмел, её, единственную дочь наместника Восточных провинций, как какую-то девку для утех, валять в водяных садах, где любой мог увидеть и услышать?

Понимала я и о ком были эти мысли. Помнила и план неприятного на вид с какой-то жабьей улыбкой старика о замене Райнис служанкой.