Новая хозяйка Академии

Он столько лет сидел в тебе и сейчас рвётся наружу. Точка предела, понимаешь? Любые эмоции, выброс адреналина в кровь – и огромная нерастраченная сила ударит по окружающим. Отчасти тебе повезло больше, – он замолчал, переводя дух, но ненадолго, – ты замкнутая, сдержанная, Косичка. Да и дар Мары не настолько разрушительный. Тебя можно обучать спокойно. А Зарина?.. Столб пламени в три метра от одного раздражения. Девице восемнадцать лет!

– Ей замуж летом выходить!

– Какой замуж?! С её взрывом эмоций она даже потрахаться толком не сможет! – у меня вспыхнули щёки от его грубости.

– Первое – не ори на меня! Второе – не смей называть меня Косичкой! – сорвалась я. – Третье – не оскорбляй мою сестру!

В окно резко ударила вьюга. К счастью, задвижка выдержала напор, иначе мой кабинет превратился бы в снежное царство.

– Так о чём мы говорили?.. – елейно переспросил Ян, поворачиваясь ко мне с довольной моськой.

Впервые в жизни я не удержалась от пощёчины. Вернее, только замахнулась. Темновской каким-то неведомым образом перехватил мою руку и резко дёрнул на себя. Я упала в объятия декана, которые сразу же захлопнулись. Мужчина прижал меня к себе, утыкаясь в макушку.

Несколько секунд я философски созерцала широкую деканскую грудь, а потом на всякий случай уточнила:

– Это домогательства?

Ответом мне были подозрительные булькающие звуки над головой.

Пожалуй, лучшего времени, чтобы зайти, Мистислав просто не мог выбрать.

– Я помешал? – холодно осведомился лекарь.

Пожалуй, даже слишком холодно. Я не знала, что у мягкого, доброго Мистислава может быть такой голос. С другой стороны, он без сомнения увидел чересчур двусмысленную картину.

Я вновь смутилась.

– Привет, Мист, – улыбнулся лекарю Ян, отпуская меня, – как видишь, всеми способами уговариваю нашу строптивую главу.

От такого заявления брови Мистислава поползли вверх. А я таки изловчилась и влепила Темновскому подзатыльник.

Но, несмотря на внутренней протест, в глубине души я понимала, что Ян прав. Бывало, что необученные язычники в порыве гнева убивали близких – история знала немало таких драм. Если себя я могла контролировать, то Зарина – другое... Кровь князей Ольховских, некогда самого сильного Княжества. Именно Ольховские диктовали политику до союза с Империей. Моя сестра была истинной дочерью своего рода – сильной, властной, непримиримой.