Новая хозяйка Академии

Ключ у сестры был – ещё утром я распорядилась сделать дубликат, чтоб она могла ночевать у меня. Всё равно за годы в пансионе мы обе отвыкли от роскоши.

Но дверь покорно открылась моим ключом. Я дёрнула дверь, зашла и огляделась – никого. Моё особое чувство тоже твердило, что ни живых, ни мёртвых в комнате не было. Ничего не понимаю. Неужто Зарина вернулась в особняк Ольховского?

Согнутый вчетверо лист на пороге я заметила не сразу. Наклонившись, подняла залётного гостя, уже предчувствуя неладное.

Письмо было от сестры.

Зарина просила прощения за свою выходку и писала, что возвращается в пансион. Сегодняшним поздним рейсом, чтобы завтра не передумать. Хм, что на неё нашло? Уезжать последним рейсом, почти ночью, уступив без борьбы... Это было так не похоже на мою сестру.

Тщательно изучив письмо до последней строчки, я обречённо застонала. Моя сестра никогда не сдавалась легко... и автором этого письма была не она! Ещё с пансиона мы привыкли делать оттиск силы – мой символ Мары или её символ Сварога.

Это было сродни машинальному жесту. Зарина ни разу не забывала про оттиск.

Письмо без символа значило беду. Почерк принадлежал сестре, но за свою жизнь я встречала не одно подделанное послание.

Твою мать!

– Косса? – мою талию обхватили мужские ладони, словно стараясь удержать. – Вам плохо?!

Упс, кажется, я слишком громко взвыла. Но, Навь подери, с момента приезда в столицу не было ни одного спокойного дня!

– Я в порядке, Мистислав, – вымученно улыбнулась лекарю, – как вы здесь оказались? Вы ко мне?

– Я к вам, – подтвердил Мистислав.

– Княгиня, что стряслось?

– Всё хорошо, – выдавила я, сдерживаясь из последних сил. Где теперь искать Зарину? Бежать к сыщикам из ближайшего отдела? Поднимать охрану особняка? Великая Мара, куда же встряла эта девчонка?!

И почему я недоглядела?..

Как свеча, в голове вспыхнул разговор тётки с подруженьками. Ну, Белослава... Если ты приложила к этому руку, с землёй сравняю!

– Косса! – меня схватили за плечи и хорошенько тряхнули.

От неожиданности я покачнулась и едва не упала на лекаря. Ну как едва... Опешив, мужчина распахнул объятия, в которые я покорно приземлилась.

Только разрыдаться не хватало для полной картины. Мужская грудь имеется – вперёд и с песней!

От абсурда собственных мыслей меня пробил нервный смех.

– Физическое состояние в норме, – констатировал лекарь, не отпуская, – а вот истерика мне не нравится. Тише, Косса, тише. Если будут слёзы, до утра не разберёмся.