Новая хозяйка Академии

Моё платье тоже было совсем не фривольным – бордовое, приталенное, с чёрной бархатной накидкой, похожей на восточный сарафан. Словом, девчонку я ничем не заслуживала.

Кажется, и до вельможи дошло, что он немного перегнул палку. Титульная приставка "князь-княгиня" после объединения осталась только у бывших хозяев Княжеств. Ну а ведущими всегда были именно Ольховские да Темновские.

– Граф Владмир Аладьевский, – гордо выдавил дворянин, но сдулся под моим насмешливым взглядом. Аладьевский... Я даже не могла вспомнить, кому посвящён этот род.

Зато язычник точно был не из бедных – вон, по золотому перстню на каждом пальце. – Простите меня за резкость, княгиня, но это чересчур! Я немедленно забираю свою кровиночку из вашей Академии!!!

– Как зовут вашу кровиночку? – уточнила я. Получив имя, громко крикнула в приёмную: – Милолика, узнай у Росаны успеваемость некой графини Розы Аладьевской с факультета Хозяйства!

Сегодня я просила характеристику в пятый раз. Росана, верно, уже ненавидела меня, но отказываться от умных ребят я не спешила.

Правда, уговаривать пришлось лишь единожды, когда Белояр лично заступился за юношу. С моей властью деканы не смирились, но пока выжидали. Молчала и я, не трогая их омут.

К счастью, дёргать Росану в этот раз не понадобилось. Пока Милолика делала чай, в приёмной появился Святослав – декан факультета Хозяйства. Услышав имя Аладьевской, он раздражённо сморщил нос.

– На эту истеричку уже добрая часть наставников жалуется. Великий Род, да пусть идёт она с миром!

Судя по её папеньке, охотно верю.

Эта Роза была десятым платником, с которым мы расставались. Признаться, я ожидала бучу от деканов, но порой они вздыхали с таким облегчением, что пробивало на смех.

Пряча улыбку, я вернулась в кабинет.

– Граф, к сожалению, я ничем не могу помочь. Мы бы с удовольствием оставили Розу в наших стенах, но правила одинаковы для всех. Рекомендации самого цесаревича, – пафосно прошептала я, поднимая вверх палец. Ну а что? Данимиру не горячо не холодно, зато мне радость – граф нервно заёрзал на стуле и слегка побледнел.

Ещё бы, в его высочестве усомнился!

Правда, уже через минуту Аладьевский пришёл в себя. Заметив хищный огонёк в его глазах, я мысленно застонала.

– Светлая Княгиня, да неужель всем слуги не положены? Понятное дело, мальчишки сами должны уметь, а юные девы? Ну как ей без мамок-нянек, горемычной? Может, договоримся?

Мой стол заскрипел под энтузиазмом мужчины.

– Дорогой граф... – начала я, мучительно подбирая слова.