Новая хозяйка Академии

Ян, Белояр и Видана играли врагов, а Станислав с Сулой – этаких союзников, желающих мне только "хорошего". Мол, развлекайся и не лезь, деточка.

Как назло, голова кружилась как сумасшедшая. По жару и ознобу одновременно я узнала температуру. Взгляд невольно упал на декана целителей, но женщина проигнорировала меня. Нет уж, просить её помочь я точно не буду!

Но до крыла лекарей ещё нужно дойти.

– Я жду полный отчет по факультетам, – выпалила я, собрав мысли в кучу. Лица у деканов забавно вытянулись, – сколько поступило, какая успеваемость, смертность, сколько человек было выпущено, где устроены – если это известно, конечно.

Росана, Молчан – с вас доходы, расходы, списки наставников и резерва, а также мануфактуры и учреждения для сотрудничества с Академией. Жду отчёты завтра утром, а сегодня не смею никого задерживать.

Выпалив это, я первой вскочила и вылетела из зала. Сердце билось пожарным набатом в ушах. Великая Мара, почему мне так плохо? Сознание подёргивалось туманом, словно я была на грани обморока.

Не помню, как спустилась на второй этаж, как брела по коридору в поисках какого-нибудь целителя. Меня било в лихорадке – неужели ночная пробежка аукнулась? Но я никогда не жаловалась на иммунитет...

А потом наступила тьма.

Перед лицом кружили снежинки. Подол платья вымок, а шубка распахнулась, но я не обращала внимания на эти мелочи. Мне было весело. Первый снег ярко сверкал в свете огней. Я подбрасывала его вверх и с упоением смотрела, как вихрем разносится белая волна.

Повинуясь моей воле, кристаллы-снежинки закручиваются в спираль. Я затаила дыхание и с восторгом запрокинула голову. Над нами распускался белый снежный цветок...

"Это тебе, мама!"

Бледная, как смерть, княгиня Ольховская медленно опускалась на колени.

От слабости во всём теле я тихонько застонала, будучи не в силах открыть глаза. Веки словно налились тяжестью, но, к счастью, разум уже возвращался ко мне. Рядом прошелестела ткань – на мой лоб легла рука, пахнущая чем-то бодрящим, незнакомым.

Принюхавшись, я выцепила нотку лесного ореха и аромат дорогого зарубежного коньяка.

Головокружительный запах.

От его прикосновения я почувствовала себя лучше. Одежда была мокрой и неприятно липла к телу, но озноб спал, и мышцы не скручивало болью. Кажется, мне невероятно повезло всё-таки попасть к лекарям.

– Это серьёзная проблема, Ян, – услышала я и едва не вскочила с кушетки.