Право на эшафот

— Виновны ли вы, Ваша Светлость, в покушении на Его Величество Теодоро Второго Блистательного?

— Я не имею отношения к этому покушению ни словом, ни делом, ни даже помыслами, — ответила я, также усилив голос магией.

— Приложите руку к артефакту, и пусть на вас снизойдёт милость Двуединого.

Для этого мне пришлось развернуться к королевской ложе и пройти пару шагов — всё было устроено для того, чтобы король смог насладиться зрелищем. Руку я приложила не без трепета, поскольку хоть и была уверена в том, что ни в чём не виновата, но человеческий фактор ещё никто не отменял.

Мало ли какие улучшения мог сделать этому артефакту придворный маг, после которых артефакт указывал бы на виновность любого, кто к нему прикасался?

Но кристалл под моей рукой зазеленел. Сначала неявно — возможно, сказывались мои сомнения, а потом всё ярче и ярче, так что под конец он сиял так, что не заметить это было бы невозможно.

Я подняла голову к королевской ложе и встретилась взглядом с королём.

Боже, почему в памяти Эстефании не сохранилось, что он такой?.. Такой… В голове закрутились подходящие строчки из песни, с поправкой на пол, разумеется:

Потому что нельзяПотому что нельзяПотому что нельзяБыть на свете красивым таким.

Возможно, для семнадцатилетней Эстефании тридцатилетний король казался дряхлым старцем, но для меня он был мужчиной в полном расцвете сил, практически воплощением идеала: высокий, прекрасно сложенный, с лицом, словно вылепленным талантливым скульптором после многочисленных проб и ошибок в достижении совершенства, а потом раскрашенным не менее талантливым живописцем, правда, со склонностью к мрачным тонам.

Чёрные глаза, чуть вьющиеся тёмные волосы и приятная смуглость, которая бывает только у тех, у кого с солнцем взаимная любовь.

Собственно, при первом же взгляде на него стало понятно желание любой особы женского пола напоить этого индивида приворотным зельем, а ещё стало понятно, что это действие заведомо обречено на провал, потому что его уже столько раз поили, что там, несомненно, выработался полнейший иммунитет.

Как жаль, что в комплекте с такой внешностью мозги обычно не идут: природа любит равновесие.

* Эсперанса — исп. Esperanza — «Надежда»

Глава 3

Не знаю, остался ли народ доволен изменением в сценарии представления, я — так очень даже, чего нельзя было сказать о моих противниках.