Нарисую себе сына

Я ведь землю эту купил только из-за того, что она особая. Вы ведь это заметили?

- Да. Мне и в долине, и у мессира Беппе было спокойно, но, здесь… - и, подбирая слова, огляделась по сторонам. – У меня все время такое ощущение, будто мне мама волосы мягко-мягко расчесывает. Ведет широкими зубьями по голове, по спине. И от этого хочется вдохнуть… и не дышать. Это глупо?

- Нет, - однако, оскалился он. – Это совсем не глупо. Ощущение материнской защиты. Эта земля, монна Зоя, она когда-то принадлежала накейо.

- А-а. Я так и думала.

- Благотворная энергетическая зона. О ней мало кто знает. Накейо – народ полузабытый. Бенанданти постарались. А я здесь питаю силы… - и теперь сам замолчал. – Я ведь очень болен, монна Зоя.

- Больны?

- И очень давно. Сначала пытался бороться. Долго, но, лишь злобу на бессилие магов и лекарей копил, а потом понял – всему есть своя цена. Значит, это – моя. За прежнюю жизнь. И тогда построил здесь дом. И прожил в нем уже пятнадцать, сверх трех отведенных мне светилами лет.

- Дон Нолдо, чем вы больны?

- Я не заразен, монна Зоя, - улыбнулся он мне. – Просто сердце мое износилось и лихорадит весь организм. Ну, да, сейчас – не об этом. Это – лишь повод.

- Повод к чему? – прищурила я на солнце глаза.

- Я хочу предложить вам сделку. На первый взгляд она может показаться аморально шокирующей, но, пожалуйста, подумайте хорошо.

- Это… о чем?

- О том, чтобы выйти за меня замуж, а, максимум, через пару месяцев, стать вдовой с титулом и здешними землями.

- Дон Нол…

- Монна Зоя, сначала выслушайте меня.

- Хо-рошо, - набрала я в грудь воздуха.

- У меня и кроме Ящерки есть другие угодья, в верховьях Трессы. Но, за неимением сыновей, они, после моей смерти отойдут к двум племянникам. Дочь свою я тоже не обделил. У нее в приданном – особняк в столице и земли недалеко отсюда. Что же касается этого места… Думаю, племянникам моим и Катии хватит. Орлет оно по закону не отойдет. Вам – тоже, если б я задумал вас удочерить.

- Дон Нолдо! – едва не взмолилась я.

- Монна Зоя, пока помолчите… Так вот, мой многомудрый лекарь Клементе его вам обязательно подтвердит. А остальное, то тут… жизнь ваша личная никоим образом не изменится и я на нее посягать не стану. Вы мне и так, как дочь.