Лютая

– Видела, как мужчины делают это? – спросила она у Хатии. Женщина сидела напротив нее, с любопытством наблюдая. Саша подумала, что Хатия напоминает ей ребенка, которого можно заинтересовать чем-нибудь новеньким и необычным.

Хатия подхватила один камень и неловко стукнула им по другому булыжнику.

– Стучат. Отбивают куски, – пояснила она.

Александра кивнула. Примерно нечто подобное она и подозревала. Вот только, посмотрев на свой будущий нож, она вдруг засомневалась, что его можно таким образом обточить.

Саша вспомнила, как муж, а после сын заготавливали дрова с помощью колуна. Тут же в памяти всплыло нечто похожее – зубило. Опустив взгляд, она подумала, что как раз зубило ей сейчас очень бы пригодилось.

Можно ли его сделать? Почему нет? Но нужен более прочный камень, ведь обычный не выдержит и просто разломится при ударе.

– Есть что-то прочнее? – спросила Саша. – Очень крепкий камень.

Хатия на миг задумалась, а потом кивнула.

– Около воды, – сказала она.

Пришлось ждать. Никто не ходил за водой в одиночку, только в определенное время группой. Воду носили в своеобразных бурдюках. Те, кто мог себе позволить, делали их из шкур. Те, кто был беднее, – из прочных больших листьев. Вода хранилась в крупных каменных чашах, стоящих в нескольких местах в поселении.

Группа пошла за водой спустя полчаса – Хатия присоединилась к ним. Она не могла унести сразу много – сил не хватало, да и рук было всего две, так что взяла только два камня, уложив их на дно на скорую руку сделанного мешка для воды.

Когда Хатия принесла камни, Саша долго осматривала их. Она не была специалистом, но ей показалось, что это вполне может оказаться железной рудой. Насколько она знала, железная руда имеет зеленоватый оттенок. Именно такими и были камни.

Решив на всякий случай сохранить в голове эту информацию, она приступила к созданию зубила. Обтачивая один камень об другой, она продвигалась очень медленно, но все равно не торопилась.

Вряд ли в своей прошлой жизни она готова была потратить столько времени на подобное занятие, но здесь ей некуда было деваться. Камень переломился пополам ровно в тот момент, когда начал приобретать знакомые очертания. Хатия, все эти дни наблюдающая за ее работой (при этом, как показалось самой Саше, с некоторым восхищением), вскрикнула от неожиданности.