Лютая

Охотник пожал плечами, давая понять, что знать не знает, как в таких случаях надо поступать.

– Шаман решит, – чуть подумав, сказал он и торопливо направился в сторону своего дома.

Саша оглядела их маленький отряд. Грок выглядел донельзя спокойным и задумчивым – видимо, решал, нужна ли ему чужая семья или нет. Борг хмурился и смотрел время от времени в сторону пещеры. Казалось, он прямо сейчас пойдет туда и скажет, что отказывается забирать семью покойного вождя и его дом себе.

Неужели действительно все вот так просто закончится? Погибло два человека, а никому и дела нет? Правда, Сашу немного напрягало, что Боргу придется что-то делать с семьей Мого, но она постаралась пока не думать об этом.

– Думаю, нам нужно уйти с этого места, – предложила она и направилась к дому.

– Я… не хотел убивать, – произнес Борг, когда они добрались до хижины. – Вернее, хотел, но не так.

– Я понимаю, – Александра кивнула.

– Стоял на выходе. Тебя ждал. Услышал шум, вошел. Когда увидел, что он замахнулся на тебя копьем, сам не понял, как оказался между вами.

– Спасибо, – поблагодарила она его. – Ты спас меня.

Борг посмотрел на нее пристально, словно хотел забраться ей в голову и узнать, насколько искренны ее слова.

– Нет, правда, – Саша улыбнулась. – У меня нет опыта. Я долго болела. Прошло мало времени. Мое тело не окрепло.

Борг окинул Александру взглядом, а потом понимающе кивнул.

– Почему предки дали тебе такой тотем? – поинтересовался Борг, устраиваясь на бревне рядом с хижиной. Грок сел возле ближайшего дерева, а Хоо по дороге свернул к своему дому.

– Защита? – предположила Саша. – Мого не любил меня. Он хотел моей смерти. Предки умные. Они знали это. Дали мне Клео.

– Очень мудро, – Борг кивнул, но при этом было видно, что он в чем-то все-таки сомневался.

– Что не так? – спросила она, подталкивая его к дальнейшему разговору.

– Тотем не виноват? – задав этот вопрос, Борг поглядел прямо на нее.

Александра чуть нахмурилась, пытаясь понять, о чем он спрашивает. Спустя некоторое время ее посетило озарение. Видимо, Борг имел в виду, что ненависть Мого могла быть вызвана именно появлением тотема. То есть если бы предки не дали Клео, то вождь отнесся к Саше бы более равнодушно.