Паучье сердце

Но ребёнку не было шести. А это означало, что чародей обзавёлся им аккурат по возвращении в Идарис из Нордвуда, уже будучи глубоко женатым человеком. От этой мысли Деване сделалось нехорошо. Выходит, Крисмер изменил Рослин. Вероятно, она узнала. И гораздо хуже, если к матери Леона у Криса могли быть чувства. Это бы объясняло плохие отношения в семье ВарДейков. А ещё нежелание самой Рослин жаловаться на неверность супруга и наличие бастарда у него.

Но Леонтар улыбался так искренне. И Венворт столь рад был его появлению в саду, что тотчас позабыл обо всём остальном.

Казалось, он вовсе не желал отпускать старшего брата. Если вообще осознавал, что Леон его кровный брат. Сам блондинчик понимал уж точно. Девана припомнила их встречу накануне возле Академии. Крис любил Леона. Не как ученика. Как своего ребёнка. Вряд ли больше или меньше, чем младшего сына. Было меж ними нечто такое, чего девушка уловить не успела.

Принцесса подняла глаза. Туда, где в густых зелёных кронах солнце блестело на красных боках душистых, наливных яблок.

А что, если в покушении Крис подозревает мать Леона? Могло быть такое? Наверное, зависит от того, кто она. И жива ли вообще. Но даже намекать на такие вещи маленькому ребёнку, пусть и очень умному, у принцессы не поворачивался язык.

Она часто заморгала. Задышала глубже, отгоняя подкатившую тошноту.

Боги. Почему же за грехи родителей вынуждены расплачиваться невинные дети? До чего же ей всё это знакомо…

— Ваше высочество? — голос Леона отвлёк её.

— Всё в порядке? Я могу позвать Торвина, если вам нехорошо.

Девана снова опустила взор на детей. Венворт изо всех сил тянул старшего брата за руку в попытках подвести к игрушкам и тараторил что-то на своём птичьем, детском языке про ту сказку, которую читала ему принцесса перед самым его приходом. А Леон взволнованно глядел на девушку, ожидая её ответа.

— Всё замечательно, — она рассеянно улыбнулась. — Просто я долго сидела, а потом резко встала.

Вот и закружилась голова. Сейчас пройдёт.

— Так присядьте скорее! — Леон торопливо взял её за руку и потянул к пледам и подушкам. — А ну-ка, Вен, помоги мне усадить нашу прекрасную леди.

Карапуз широко распахнул рот и засеменил за ними.

Леонтар помог принцессе усесться и подложил ей под спину пару подушек.

— Вам так удобно? — осведомился он со всей детской непосредственностью.

— Да, благодарю, — принцесса склонила голову.