Паучье сердце

Лёгкий скрип показался ей оглушительным. Таким, что Девана замерла и затаила дыхание. Вслушивалась, не разбудила ли кого-нибудь. Но нет. Тогда она скользнула внутрь чародейского кабинета. И растерялась.

Во-первых, здесь горел свет. Несколько толстых свечей плавились в кованых подсвечниках на большом письменном столе, истекая воском. И после сумрака этот свет показался девушке ослепительным.

Во-вторых, бардак. Такого беспорядка Девана не могла представить ни у кого из знакомых чародеев. На её памяти рабочее пространство сестрицы Гвин всегда выглядело педантичным и организованным.

Такой же была её тётушка. В порядке содержался и кабинет покойной матери Ивроса. Подобного принцесса ожидала от всех магов без исключения. Особенно от второго чародея в Империи, после ректора Академии.

Но кабинет Криса казалось проще сжечь, чем что-либо в нём найти.

Хаос. Это слово зудело в подсознании назойливой мухой.

Девана была готова застонать, погружаясь в пучину отчаяния.

Пузырьки, скляночки, кристаллы, реагенты, травы, реторты, перегонные аппараты, странные механизмы, фолианты, свитки, кости, перья, оторванное крыло какой-то твари, распятое посреди стола чёрными, чугунными гвоздями, остывший очаг с котелком, над которым курился зеленоватый дым с запахом влажного мха.

И всё это на фоне дорогой тяжёлой мебели: столы, шкафы, книжные полки, окованные сундуки и даже мягкий сапфирово-синий диван, обитый бархатом вдоль окон внутреннего двора, развёрнутый высокой спинкой ко входу в кабинет.

Но в-третьих…

Самое страшное было в-третьих.

В комнате были ковры. Они устилали полы всюду, кроме одного места. В самом центре комнаты. Там, где чистые паркетные доски выглядели зияющей дырой.

Там, где лежала Рослин.

Кровь из раны впиталась в ковёр. И его пришлось выбросить.

Мгновение.

Принцесса отчётливо увидела её посреди расползающегося тёмного пятна. Сломленную. Ещё тёплую. Но уже неживую.

— Рос? — хриплый мужской голос заставил Девану подскочить на месте.

Проснувшийся Крисмер сел на диване, держась за его спинку.

Волосы были взъерошены. Рубашка расстёгнута до пояса. На щеке отпечатались застёжки его жилета, который он снял и, видимо, положил под голову вместо подушки. Мужчина с трудом сфокусировал блуждающий взгляд.

— Рос? — упрямо повторил он.

ВарДейк нахмурил лоб. Попытался встать. Пошатнулся.

Чародей был пьян. Мертвецки. И не узнавал девушку перед собой.

— Крис, это я, — Девана сделала к нему неуверенный шаг. — Я… Я не знала, что ты тут… спишь… прости… что разбудила.