Гимназистка. Нечаянное турне

Песцов оглянулся, проверяя, не подошёл ли кто сзади убедиться в том, что кто про что, а он всё про дам. Я торопливо отвела глаза, чтобы он не понял, что подслушиваю. А разговор занимательный. Понять бы, зачем ему к мисс Мэннинг ещё дамы? Ему что, одной не зхватает?

— Про дам? — удивился портье. — У нас сейчас из дам сейчас только мисс Мэннинг и её переводчица.

При этих словах Песцов опять обернулся на меня, но я уже была начеку и старательно притворялась, что изучаю картину на стене. Картина была так себе, мазня мазнёй, с нарушением перспективы и неестественными цветами, поэтому привлечь могла разве что дальтоника.

Но изучала я её так, словно собиралась писать статью для местного «Вестника живописи», или как он там называется? Владимир Викентьевич получал только новостные издания да пару специализированных целительских, но я была уверена, что существуют журналы, посвящённые живописи, и вот им непременно нужны тематические статьи.

— Дмитрий, вы скоро? — проявила нетерпение мисс Мэннинг.

— Дорогая, маленький организационный вопрос. — Он белозубо улыбнулся певице, показывая своё к ней расположение, и продолжил допытываться у портье: — А из женского персонала вы нанимали в последний месяц кого-нибудь нового?

— У нас за последние полгода никаких изменений в персонале не было, — твёрдо ответил портье, по виду которого становилось понятно, что он раздумывает, не вернуть ли купюру. — Мы абы кого с улицы не берём, платим хорошо, у нас за места держатся.

И если у вас что-то пропало…

— Да я не о том, — махнул на него рукой Песцов. — Просто в воздухе витает что-то такое, неопределённое… Причём то витает, то нет.

В его голосе слышалось явственное огорчение, я же поняла, что оборачиваться в номере больше не стоит: этак понюхают некоторые гостиничный воздух, а потом придут ко мне по запаху. А я не для того сбегала из Ильинска, чтобы вернуться туда с Песцовым. Отводящий щит на второй ипостаси я долго не удержу. Вот ведь нюхач какой нашёлся, а с виду почти приличный господин…

— Как вы думаете, Анна, о чём так долго говорит Дмитрий? — спросила уже у меня мисс Мэннинг.

— О женщинах, — уверенно ответила я, ничуть не покривив душой. — Смотрите, какие вдохновенные лица у обоих.

— И мне так кажется, — отметила мисс Мэннинг, согласившись то ли с моим мнением, то ли с вдохновенным видом переговорщиков. — Но о каких женщинах они могут так долго болтать?

— Кажется, там звучало ваше имя.