Тайны темного мира

Я прогнулась, почти до самого пола а Руфус склонился надо мной, еще несколько сантиметров и он коснётся меня губами. Но музыка обрывается, и я слышу свое тяжелое, частое дыхание. Не разрывая контакта глаз, он немного отстраняется и помогает мне встать.

— Вы прекрасно танцуете. Спасибо, что подарили последний танец мне. — он наклоняется поцеловать руку, а я вдруг вижу, что все смотрят только на нас. В центре зала мы остались одни, и в этот момент, когда меня накрывает осознанием, зал взрывается аплодисментами.

Перед нами расступаются, дают пройти, ректор провожает меня к моим друзьям. Зак улыбается нахальной улыбкой победителя, или мне так, кажется, Ада смотрит на меня широко раскрытыми глазами. На Келя и Арена я даже смотреть боялась.

— Можно мне на воздух? Я совсем не умею пить — пискнула я, не зная, как смотреть на окружающих. Даже в самом смелой фантазии я не решаюсь представить, как мы выглядели со стороны. Но на воздух мы не успели, опять погас свет и в небольшом, оставшимся освещенным, кругу появился наш ректор.

— Адепты, вот и подошёл к концу этот вечер, по крайней мере, официальная его часть. Как и всегда, зал открыт до утра, напитки и закуски будут обновляться. Но я, и все преподаватели, прощаемся с вами именно сейчас. — я удивленно обвела зал взглядом, и точно, никто не расходился, даже не собирался. Значит это только я не знала, что веселье будет длится до утра.

— У нас существует традиция, последний бокал, в честь праздника, мы поднимаем в полночь! — перед нами опустились изящные фужеры с небольшим количеством странного игристого вина. Оно переливалось всеми красками и в полумраке помещения это было очень красиво.

— Поднимем бокалы за новую жизнь! С последними минутами этого дня умирает Тьма и возрождается великая жизнь Намму! За возрождение! — Мы все сделали пару глотков вина и зал погрузился во мрак.

Я почувствовала легкое прикосновение ко лбу и шёпот “Вижу, одарила тебя сестра, я тоже сделаю подарок! Запомни, дитя, мои слова “только ради любви можно пожертвовать жизнью“. Я вздрогнула, моргнула, силясь рассмотреть в темноте кто это говорит, но темнота была непроницаема. Свет полыхнул так же резко, как и в прошлый раз, а когда глаза привыкли, уже не было ни куратора, ни бокала в руках.