Меч валькирии

– И после этого, ты еще говоришь, что обычная девушка и не валькирия?

Ульв выглядел потрясенным. Таким Кристина видела его впервые, и это встревожило ее еще сильнее.

– То есть, ты понимаешь, что произошло? – севшим голосом спросила она.

– Да, – уверенно кивнул Пеплогривый. – К нашему костру заглянул сам Один – отец богов и владыка Асгарда.

С того момента, как они покинули пещеру, Ульв не произнес ни слова: выглядел задумчивым, и Кристина понимала, что он размышляет над ее рассказом. Сама девушка тоже, раз за разом, мысленно повторяла услышанные от Одина слова.

Но с трактовкой местной поэзии у Кристины явно возникли проблемы: что еще за морозные ступени такие, к которым она должна идти? Впрочем, если по дороге встретится нечто подобное, то незамеченным не останется… наверное.

Гораздо больше девушку волновало то, что Один просил передать Ульву о его мече: клинок не принесет хозяину победы в битве. Значило ли это, что сыну Асбранда стоит избегать сражений? Но как убедить в этом того, кто считает уход от боя высшим проявлением трусости, недостойной мужчины?

Ответ прост – никак.

Ульв был, пожалуй, самым упрямым человеком из всех, кого знала Кристина. Если уж он что-то вбил себе в голову, то проще заставить реку течь обратно или сдвинуть гору, чем переубедить Пеплогривого. Можно привести ему миллион доводов, но воин просто отметет их и все, хоть в лепешку расшибись. Если бы упрямство Ульва было щитом, то едва ли его получилось бы пробить даже самому сильному противнику.

С другой стороны, слова Одина могли означать и гибель в бою. Кристине не хотелось об этом думать, но отбрасывать такой вариант она не могла. Пусть она провела среди Волчьего племени и не так уж много времени, но успела понять, что эти люди жили хоть и скромно, но ярко: если горевали, то всей душой, если радовались, то от чистого сердца и если уж сражались, то до победы или до смерти.

Ульв Пеплогривый был достойным представителем Волчьего племени.

Кристина знала – если сын вождя достал из ножен клинок, то не уберет его обратно, пока не расправится со всеми врагами, в противном случае – так и погибнет с оружием в руках. Сама мысль о гибели спутника причиняла Кристине боль. Стоило ей это представить, как сердце замирало, на глаза наворачивались слезы, а грудь сжимало незримыми тисками.

Отринув скорбные мысли, девушка решила, что не позволит Ульву погибнуть, чего бы ей это не стоило.