Уголёк

Ласково погладила маслянисто поблескивающие тяжелые пряди.

Внезапно Риса оскалилась, сделала широкий жест обеими руками, будто пыталась нарисовать вокруг себя сферу, сопроводив это движение особым поворотом ладоней. И тут же вслед за ее руками в воздухе загорелось огненное кольцо. Вампирша довольно улыбнулась и проделала тот же прием, но с большей скоростью – огненное кольцо получилось шире и ярче. Девушка засмеялась. Вот вам всем! Она подпрыгнула, в полете выставив вперед руку и ногу, словно для удара, но с мыска ее ботинка сорвался лишь слабый пучок искр, словно от затухающего бенгальского огня.

Не ожидавшая такого исхода, Риса потеряла равновесие и кубарем полетела на пол. Тут же вскочила на ноги, тяжело дыша, и повторила прием еще раз. Результат был таким же. Ее любимый коронный прием. Он всегда получался у нее лучше, чем у всех учеников Мастера, а теперь не выходит совсем. Она стала слабее, чем самый бездарный из новичков. Риса снова зарычала и слезы злости и обиды брызнули из глаз. Ее ладони окутали два небольших огонька. Она поднесла их к лицу, улыбнулась и лизнула пламя язычком. Вы мои хорошие. Огоньки увеличились в размере. Риса с ненавистью посмотрела на портрет темноволосого юноши и наотмашь ударила по нему рукой. Сухое дерево тут же занялось, и через пару мгновений вся картина весело полыхала. Вампирше понравился результат. Она усмехнулась и подошла к следующей картине. Короткий взмах – и еще одно полотно неизвестного художника превратилось в факел. Риса принялась кружить по залу. Все, до чего она дотрагивалась: картины в тяжелых деревянных рамах, длинные бороды паутины по углам, пыльные портьеры на окнах – все это вспыхивало, словно только и ждало появления вампирши с огнем в ладонях. Среди пылающего зала Риса снова чувствовала то самое единение с Огненной стихией, которое могла испытывать все реже. Ни с чем не сравнимое ощущение. Власть и сила. Сравниться с ним мог лишь солоноватый вкус крови еще живой трепыхающейся жертвы. Риса жалобно заскулила – голод вновь сковал все ее естество, и в тот же миг бешено мятущееся пламя опало, будто его и не было, оставив после себя лишь пепел и угли. Вампирша в отчаянии огляделась – огонь умер мгновенно, стоило ей лишь вспомнить о голоде. Риса оскалилась. Пара белоснежных клыков, распоров нежную кожу, оставила две черные дорожки на ее подбородке. Она недобро засмеялась и метнулась к оконному проему.

***

Антрас быстро догнал Тианну, и какое-то время они шли молча.