Останься со мной

Не искушайте судьбу!

Стоило ему сказать это, как рыжий диван с теплым пледом исчезли, а они с Василисой оказались перед черным путеводным камнем, на котором было выбито лишь две стрелки и надпись: «Вперед или назад?»

Резко стало холодно.

— Нет, – Василиса не выдержала и, наплевав на все правила приличий, обняла Огана. Ей сейчас как никогда нужно было тепло. Оган прижал ее к себе. — Вот почему все так погано, даже когда хорошо?

— Ты все еще любишь его? – Он ненавидел себя за этот вопрос, но не мог не задать его.

Василиса пожала плечами.

— Это уже не важно. Я доведу дело до конца, и только тогда стану свободной. Меня за язык никто не тянул… я сама дала слово.

— Мне важно, — он позволил себе зарыться носом в ее макушку. Утонуть на мгновение в мягком шелке волос, поймать себя на мысли, что хочет дышать ею всю оставшуюся жизнь, — Тогда я пойду с тобой!

Эти слова согрели не хуже жарких объятий.

— Тебе нужно к братьям… Знаешь, я отдала твой подарок Горыне, это оказался осколок его души.

— Теперь я буду твоим костром. Мой огонь не оставит тебя. Укроет и защитит, покажет путь и вселит надежду. Слышишь?

С этими словами он привлек Василису к себе и поцеловал. Упоительно, жгуче, дурманяще. Он пил ее холод, сомнения, страхи и отдавал свое тепло, уверенность, стойкость. Он ловил ее дрожь и слезы губами, он держал ее, как самое дорогое сокровище… и все равно упустил.

Исчезла боярыня, словно и не было ее. Вместо Нави — изба-пятистенок, вместо камня — лавка, а вместо Василисы — пустота.

— Ну что, богатырь, победил Змея? Занял его место? Теперь доволен? – чуда на этот раз не насмешничала, напротив, была строга и собрана. — Я провожу тебя до перемещающей избы, пойдем.

Оган поднялся тяжело, неуклюже. Пригладил взъерошенные волосы, провел рукой по колючей щеке, нащупал в кармане чарострел. Чугунные мысли отбойными молотками били в виски.

— И долго я спал?

— Не дольше, чем бодрствовал, — было ответом.

— А Василиса?

— Все там же, — старуха вдруг замолчала и круто развернулась. — Так, неслух, слушай внимательно: твой путь сейчас — братьев спасти, да обещание исполнить, что ты девушке дал. Меньше торопись и больше думай. Ей мало из Нави живой выйти, нужно суметь в Яви не сгинуть. Дело против нее не крепче пня трухлявого, но за каждым пнем приглядывает свой леший.