Спасти Ивановку

Скорость постепенно снижалась, появилось ощущение тряски и подпрыгиваний на ухабах, но длилось это недолго. Машина остановилась как раз там, где заканчивалась лесная чаща и начинался огромный участок без деревьев. Дверцы сами собой открылись, и путники без сил вывалились на землю.

Отдышавшись, Ирина Игоревна встала и принялась отряхиваться от земли.

— Ой, — заметила она, — а дверцы закрылись! Хорошо хоть моя сумка с телефоном при мне осталась!

Она повернулась к водителю. Тот был уставший и злой, и почему-то продолжал сидеть на земле.

Неужели ему не хочется встать и размяться?

— Мне уже все равно, — поднял он голову, — я в эту машину ни за что больше не сяду! Вопрос: где мы находимся и как отсюда выбраться?

— Боюсь, мы находимся на том же месте, где и были, то есть на самом въезде в Благовещенск.

— Почему тогда все другое? Где дороги, дома, люди, в конце концов? Блин, и телефон не работает!

Женщина отчаянно пыталась прогнать комаров и мошку, которые с противным жужжанием нагло атаковали все открытые участки тела и нещадно жалили.

Только теперь до нее дошло, что условия в современном городе и в дальневосточной тайге — это две большие разницы.

— У меня стрелки часов всю дорогу крутились назад, думаю, мы в прошлом.

— Ты обалдела? — подскочил паренек и со стоном грохнулся опять на землю. — Нога болит правая, я же давил на тормоз всю дорогу!

— Скоро пройдет, — пообещала Ирина Игоревна, — не переживай. И правильно, что мы на «ты» перешли, нам теперь вместе держаться надо, помогать друг другу, да и выбираться отсюда вместе придется.

И по именам познакомиться не помешает. Можешь называть меня Ириной.

Паренек согласно кивнул:

— Никита, — представился он. — Ты, кстати, на часы смотрела? Что там со стрелками?

— Смотрела, теперь все в порядке, идут как обычно.

— Сколько времени показывают?

— Двенадцать дня. Может, поэтому, и людей нет, обедать ушли.

— Какие люди в лесу? — поморщился Никита, массируя правую ногу.

— Думаю, те самые, которые начинали строить Благовещенск.

Видишь, земля вся перелопачена? Именно так они отвоевывают у тайги место под строительство первых домов. Выкорчевывают деревья, потом пилят их на дрова, чтобы зимой согревать помещения. Оглянись вокруг, вон целый склад дров, вон топоры и другие инструменты. Людей тут немного, но нам без них никак, сам понимаешь.

— Ну про первых переселенцев я знаю, нас в детстве водили в музей, и про это рассказывали.