На конкурс красавиц требуется чудовище

Я, оказавшаяся на полу между сидений, сдвинула с себя задницу Гамильтона и сдавленно прохрипела:

– А чего никто не сказал, что это пегасы?!

Тина мне ответить не могла, она мертвой хваткой вцепилась в Марона, который практически вывалился из ландо!

В общем, к дворцу мы прибыли перепуганные, встрепанные и задумавшиеся о трех китах безопасной жизни: вежливость, молчание, осторожность.

– А ничего так полетали, – хихикнула Тина и щелкнула ближайшего пегаса по кончику раздвоенного уха, – надо будет повторить.

Бледно-зеленый кучер, заикаясь, выдавил, что пегасы вообще-то понимают человеческую речь.

– Так никто и не против, – фыркнула я и поспешила отойти от ландо.

Мало ли прекрасные небесные коники захотят показать, кто тут сухопутная улитка, а кто скоростной пегас!

Вытащив из кармана форменного платья бумажку с инструкциями, я решительно повернулась к дворцовому комплексу спиной и зашагала к зданию столичного магистрата. Тут нам дадут денег на подготовку к свадебному отбору и направят в недорогую гостиницу.

– Убивать тебя здесь не будут, – зевнул Гамильтон, – а вот ты, возможно, захочешь открыть охотничий сезон. Но мне, увы, запрещено убивать людей, пока они на тебя не напали.

– Это ты к чему? – рассеянно отозвалась я.

– Притворюсь обычной собакой и подремлю в пыли, – любезно пояснил мой компаньон и, развеяв свой жилет, рухнул на нагретую мостовую.

Я же решительно вошла в прохладный, пропахший бумажной пылью зал магистрата.

Через несколько часов уже я хотела притвориться обычной собакой и подремать в пыли.

Я заполнила форму а-девятнадцать, затем б-сто тридцать девять и отнесла все это в кабинет номер четырнадцать на четвертом этаже. Там я узнала, что окраинные дворяне должны еще прикладывать дополнительную справку об отсутствии горных проклятий. Справку эту можно получить каждый понедельник с семи до восьми тридцати утра. Но если ближайший год я не покидала столицу, то…

Мой мозг отключился. Я просто ходила от кабинета до кабинета, что-то подписывала, заполняла.

Брала, отдавала.

– Вот и все, – улыбнулась молодая женщина, в чей кабинет я вошла уже в седьмой раз. – Теперь со всем вот этим вниз, на первый этаж, в кабинет старшего над золотом.

– А где этот кабинет? – охрипшим голосом спросила Тина.

– Если спускаться будете по главной лестнице, то налево до синей стены, потом направо до цветущего в кадке деревца и от него снова налево до самого конца.