Цветок для боевого заклинателя

Да убить же можно! Я отскочила, наступила кому-то на ноги, получила отборные ругательства вслед. А вокруг поднялся такой шум и гам, крики, визги, смех и ругань, что просто ужас.

Выбежав из рядов зрителей, я увидела, что эта вакханалия происходит по всей длине шествия. И пчеловоды, и фермеры, и овощеводы, все вдруг оказались вооружены корзинами, полными сочных помидор и апельсинов. А почему вдруг? Это же особенность праздника тыквенного зайца, говорят, когда-то произошло нашествие этих вислоухих воришек на тыквенные поля, и фермеры, вооружившись рогатинами, отбивались от лесных разбойников не совсем гуманным способом, убивая их, отлавливая, и скармливая собакам, а то и себе оставляли на пропитание.

Но в праздник, уже несколько веков, происходит битва на помидорах. Это же праздник.

Я отбежала подальше, отдышалась, вытащила из сумочки крошечное зеркальце, и оглядела себя. Вроде бы обошлось. Из толпы выскакивали люди с бурыми кляксами на одеждах, вот ведь незадача. И пожаловаться некому. Сами встали у обочины, впритык к шествию.

Вокруг носились пацаны, их было сотни, и ни одного недовольного. Некоторые из них выбирались из толпы, груженые горками апельсин в рубахах. Как известно, у дармовой коровы и молоко слаще.

Решив не приближаться к проспекту, я побрела по аллее, идущей параллельно дороге. Она тоже была запружена людьми, но людьми другого уровня. Сплошь аристократы, благочинные и богатые представители горожан и приезжих. Такие господа не будут пялиться на шествие, пробившись через толпу, и глазеть на разряженные телеги.

Я тихонько хмыкнула, благовоспитанная барышня должна была прогуливаться здесь, а не там.

Основные гулянья произойдут на площади Алакорны. Сейчас шествие свернет с проспекта Вильяма на проспект Радости, и оттуда – до главной площади города. И я неторопливо последовала по этому маршруту. Очень мне хотелось купить хорошего деревенского окорока. Георг вчера заикнулся, что у фермеров к празднику всегда есть запасы деликатесов, мяса и прочего, которое они оставляют для таких дней.

И продажи хорошие, и реклама своего хозяйства для горожан.

Настроение было приподнятым, еще бы, спаслась едва-едва, как мне еще платье не заляпали. Я шла и улыбалась, ни на кого не глядя. И вдруг услышала, как кто-то окликнул меня. Почти у самого уха прозвучал удивленный мужской голос.

- Ирис, детка! Как я рад вас видеть!

Я резко повернула голову. И вздрогнула. Передо мной стоял этот… как его… да чтоб его!...