Огненная избранница Альфы

— Кто мне это советует? Женщина, с которой мы вместе едва не погибли и оказались спасены как раз помощью Хольгера? Или служанка моего отца, боящаяся за своё благополучие из-за его вероятного гнева?

Фица опустила глаза.

— Даже не будь я служанкой, я бы сказала: разве можно довериться волколаку? Разве можно поверить в любовь с одного взгляда или поцелуя? Любовь — это, — она мягко улыбнулась, — не только страсть.

— Я боюсь, что если скажу «нет» и вернусь в дом отца, то начнётся сражение за меня.

Хольгер не отступит, а я своим возвращением дам его противнику преимущество.

— Противником вы называете своего дорогого отца? — укоризненно спросила Фица.

Агнешка взглянула ей прямо в глаза.

— А кто он, если не противник? Я видела его всего несколько раз в жизни. Его всецело устраивало, что я живу в монастыре. Я не жалуюсь, но давайте будем честны: любви к дочери в нём совсем нет. Я понадобилась для его целей, и он вспомнил обо мне. Прислал письмо тётушке Душеньке, но мне — ничего, даже короткой записки.

Разрушил всю мою привычную жизнь, но даже одним словом не удостоил. И станет ли слушать при личной встрече? Хольгер прав, для отца я раба, послушная и безмолвная.

— Небесный Отец благословляет решения наших отцов. Его Высочайшая Светлость давно не видел вас, может не понимать, что вы уже взрослая девушка, а не ребёнок. Но, как каждый отец, он любит вас и желает самого доброго.

— И при этом хочет меня продать.

Агнешка встала. Вновь подошла к окну.

Лунная ночь и вид заснеженного леса вдали будто звали её.

— Продать? — негромким эхом откликнулась Фица.

— А разве не так? С чего бы ему вспоминать обо мне, если это не принесло бы ему никакой выгоды? — Агнешка горько усмехнулась.

Обычно она не позволяла себе унывать, что отец совсем к ней равнодушен, ровно как и мать, покинувшая её в младенчестве. Но и закрывать глаза на то, что не требует других доказательств — полная глупость. Она не осуждала родителей, нет.

Но и верить в любовь и доброе отношения не могла.

— Мне нужно выбрать, куда и с кем я пойду по жизни, — сказала она своему отражению на стекле. — Кто для меня важней — моя нынешняя семья или та, которая станет моей — вот, что важно.

— И вы хотите получить от меня честный совет, госпожа? — спросила Фица.

Агнешка вздохнула.

— Наверное, страх перед новым толкает меня искать помощи в том, кто уговорит остановиться. Правда, это почти невозможно.