Огненная избранница Альфы

Восхищался, как и всё, её силой и красотой, а потом дрожал от ярости, вспоминая переминающегося с ноги на ногу друга, блеющего: «Нет, не могу». Бывшего друга, если не возьмётся за ум.

— Я беру в жёны ведьму, и ты знаешь причину, Хогги. Мой дед умирает, а ему едва исполнилось семьдесят. Нашему роду нужна свежая кровь, чужая кровь, и не смотри на меня так. Ты же знаешь, из всех я бы выбрал твою Изольду и назвал тебя братом, хотя ты и так мой брат, и все мы одна стая, но у меня нет права сказать деду «нет».

Я привезу сюда ведьму, чего бы мне это ни стоило, и назову своей парой, если она переживёт второе рождение. Я сделаю так, как лучше моим будущим сыновьям, а не как хочу, потому что я должен. А ты, Хогги, если всё ещё считаешь меня своим братом, должен это понять.

Каждый раз, когда Хольгер думал о том разговоре, ярость вскипала в душе. Он ненавидел ту, о которой говорил Вольфи, хоть и не видел её никогда. Он оглядывался на идущую за ним след в след сестру — сильную, будто воин, несмотря на возраст и пол, и желание догнать и остановить друга становилось почти нестерпимым.

Не какая-то ведьма, а Изи, кровь от крови волков, должна стать избранницей Вольфганга, их королевой.

Изо всех сил Хольгер рвался вперёд, и теперь, когда они спускались в долину, а с погодой везло, начал верить, что всё же успеет. Луна светила ярко, как солнце днём, снег приятно хрустел, и лёгкий морозец бодрил, щипая бока.

Когда сестра дала знак остановиться, Хольгер не послушал её, но Изи могла быть упрямой.

Встала камнем и остановила всех, кто шёл за ней по тропе, так что ушедшему вперёд Хольгеру пришлось вернуться.

Он прислушался, как она подсказала, но ничего не услышал. Мотнул головой: пошли. Сестра села и тем показала, что никуда не пойдёт. Он ещё раз навострил уши, но лес стоял тихий, даже совы молчали. Рыкнул, разозлившись всерьёз.

Она обратилась, позволив всем смотреть на своё обнажённое тело с непосредственностью невинного ребёнка, не понимающего, что творит.

— Там внизу, — сказала она и ткнула пальцем в нужном направлении. — Принюхайся, брат, здесь до нас прошли волки. Не так давно, ещё след не остыл.

Он поверил ей на слово — Изи славилась тонким нюхом — и обратился лишь для того, чтобы сказать:

— Хорошо. Назад обратись.

— А что так?

«То, что ты уже не ребёнок», — только в воображении звучало хорошо.