Невероятные приключения Катеньки

Но до чего же Кате нравились ночи их. Голова озорством не занята, думами любовными грудь не томит, высыпаешься свежей... Ну, прямо — супруги со стажем тридцатилетним!

Знала, знала Катенька, что уйдет Василий к зазнобе своей, разойдуться дороженьки их, так чего горевать-печалится о несбыточном? Но сама признавала, что не находись под приворотом Василий, себя бы сдержать не смогла. Будь у того хоть тридцать зазноб, птицами Гамаюн посуленными. Окрутила бы кузнеца, тела своего молодого жажду с лихвой утолила!

Так и пролетали дни-ноченьки, пока «Елочка» не иссякла, ароматом своим бабий дух прикрывать.

Недолго думая, цапнула его за нос Катенька. Двумя пальчиками крепенько.

— Извини меня, Васенька, тут придурь женская, тебе непонятная, а потому зажми ноздри крепко-накрепко и лежи так не двигаясь, пока не вернусь.

Сказала и бочком-бочком в горницу. В минуту-другую сменила «Елочку», да запись в тетрадке сделала — насколько дезодоранта хватает. Прилежная была девушку, чего уж там. У такой не забалуешь ежели что! Вернулась к Василию. Лежит тот ни жив, ни мертв, потому как команды дышать не было, а огорчать Катерину — это отморозком распоследним быть! Поведала как-то ему Катерина, кто отморозки такие, и с тех пор не было для Васи страшнее ругательства.

— Дыши, Васенька, можно уже, — сказала Катя, видя, как тот глаза под самый лоб закатывает.

Вобрал тогда кузнец весь воздух в себя из спальни с горницей так, что печную заслонку сбросила. «Ну, прямо мехи кузнечные, а не легкие,» — изумилась Катенька, Василия за шею обнимая, голову не плечо опуская, и ножку поперек живота забрасывая. Так и проспали до самой зари.

Глава 16

— А ну-ка, воины мои, покажите, чему за неделю последнюю обучились! — скомандовала Катя, Василия супротив Аваза в парный бой ставя.

Поплевали на руки мужики, ухватили палки крепкие и пошли друг на дружку, хитро с подскоком ногами перебирая. И начался на лугу такой перестук, что любой барабанщик обзавидуется. Недаром тренировки каждодневные для обоих прошли. И стойки держали правильно и дыхание берегли, а пуще — головы и точки жизненно важные разные всякие.

— Ну, вундеркинды, честное слово! — обрадовалась Катя, видя, что обошлось без значимых повреждений.