Солнечный страж

От магистра Тэрона по-прежнему не было вестей, а отправленный на разведку Рик вернулся с ответом, что Гильдия призывателей вновь изменила места встреч со своими информаторами и координаты этих тайных укрытий ему неизвестны. Я понемногу успокаивалась и начинала забывать о так долго терзавших меня сомнениях: Эдвин души не чаял в маленькой Лизе, Нора и Рик с удовольствием возились с ней в выходные дни и мечтали о собственных детях, дедушка поджидал нас в гости летом, старательно вырезал из можжевельника и липы деревянных лошадок и кукол.

А до поездки в Фоллинге я должна была держать вступительные экзамены в академию.Но мы были бы не мы, если бы всё случилось по задуманному плану: огонь нашей любви, которым мы обогревались долгими холодными ночами, принёс нам ещё одного ребёнка. Наш сын Фредерик родился в Фоллинге в самый жаркий день середины лета, семнадцатого июля, через год и девять месяцев после появления на свет Лизы. Его огненный дар обнаружился уже в первые дни после рождения, это было похоже на крохотную искорку, горящую внутри мальчика и с каждым днём растущую вместе с ним. Я вздохнула спокойно и перестала с тревогой присматриваться к дочери. Её тёмные пепельные волосы и ясные серые глаза, словно очерченные по контуру чернильным карандашом, иногда будили во мне далёкие, глубоко запрятанные воспоминания о той эльфийской зиме, но, по правде сказать, мне было некогда сидеть и тосковать о прошлом. Настоящее захватило меня в бурлящий водоворот. Однажды тёплым августовским вечером, когда над посёлком растянулся дымок от костров, что жгли в честь праздника урожая за рекой, мы с Лизой осторожно выбрались за калитку на дорогу, оставив в колыбели под деревом мирно дремавшего Фредерика. Солнце окрасило неподвижные лиственные рощи в бронзу и медь, не было слышно ни ветерка, ни крика птиц, лишь едва различимые песни девушек, что водили хороводы за холмом у воды. Я надеялась, что Эдвин приедет со службы сегодня, чтобы увезти нас с собою в форт до следующего лета, но дорога была пуста, лишь вдалеке над деревьями кружила, высматривая добычу, большая чёрная птица. — Мама! — удивлённо вскрикнула Лизабет, дёрнув меня за руку. Я опомнилась и подняла глаза.Там, где только что расстилалась безлюдная лента дороги, уходящей на восток, стоял одетый в короткую чёрную мантию господин. В руке его был посох преподавателя академии Трира, на голове возвышалась остроконечная шляпа.