Солнечный страж

Кажется, в какой-то момент каждый удар волны, каждый судорожный вздох — чтобы только схватить губами воздух и вновь нырнуть куда-то в глубину — я уже не могла сдержать вскриков и что-то бессвязно шептала, закрыв глаза. И сквозь наше дыхание и бешеное биение сердец слышала где-то на грани сознания только своё имя и слово «Люблю…»

Потом мы долго молчали. Я лежала на плече Эдвина и смотрела, как в круглом крошечном светильнике на комоде трепещет рыжий огонёк. Завтра утром мы снова разлучимся на несколько дней или даже две-три недели, и от этой мысли сердце сжималось и сами собой наворачивались слёзы.

Мне нужно было, чтобы он был рядом — взрослый, надёжный, сильный и чуточку самоуверенный, когда принимал решения или руководил своим отрядом. Мне хотелось вот так лежать рядом с ним поверх растрёпанной кровати и рассматривать его, гладить кончиками пальцев его излучающее тепло тело и смотреть, как по-разному он реагирует на мои прикосновения.

— Ты тоже думаешь об этом, милая? — прошептал он, нежно погладив мою руку.

— О завтрашнем дне?

— Да, — вздохнула я.

— До утра ещё далеко, — улыбнулся он.

— А я уже начинаю скучать, — сказала я и пошевелилась, удобнее устраиваясь рядом с ним.

Эдвин приподнялся и натянул на мои ноги одеяло: мы всё ещё были разгорячёнными, но в комнате было прохладно. Он взял мою руку в свою и внимательно рассматривал пальцы с выражением полной озадаченности на лице.

— Очень надеюсь, что я ничего не перепутал, — пробормотал он. — Я в этом совсем не разбираюсь.

— В чём? — с улыбкой спросила я.

— В украшениях, — ответил он. — Ведь я не мог уйти в очередной поход и оставить тебя в форте одну без кольца. Все эти резвые молодцы, что выворачивают шеи, глядя на тебя, должны знать, что ты помолвлена.

— Никогда бы не подумала, что ты боишься конкуренции! — засмеялась я и поцеловала его.

— Я боюсь? — изумился он. — Конечно же, нет! Я и раньше не был пугливым, а теперь, когда ты моя, напугать меня стало ещё сложнее.

— Не переживай, я не собираюсь гулять по городу в одиночестве.

Во всяком случае, в тёмное время суток точно, — заверила я его.

— Всё равно я буду без конца думать о тебе, — сказал он, оставив меня ненадолго и поспешно обыскивая карманы своей белой с красным мантии, висевшей на крючке.

Когда Эдвин вернулся ко мне, в его руках был маленький мешочек из тёмного бархата, стянутый шёлковым витым шнурком. Он потянул завязки и вытряхнул на ладонь колечко с синим, мерцающим в темноте комнаты камнем.