Сердце Рароха

— Угу, знаю, — Гуляй также разоблачился и охотно плюхнулся на лавку, сорвал рушничок и укусил толстый ломоть пирога. — Вкфно. Шмапкла?

— А кто ж, — правильно истолковала его последние слова баженянка. — Вых, давай-как тоже садись, в ногах правды нет. Дражек, обуйся наконец и сбегай в погреб за калиновым вареньем да липовым медком, им с дороги сил набрать и согреться нужно. Еще дров с поленницы прихвати. Ребята, я сейчас кипяточку сделаю, а то синие оба, смотреть на вас страшно... И как вы проехали-то к нам, дорог же нет?

— Места знать надо, — ухмыльнулся Гуляй, основательно принимаясь за угощенье.

— Ну и деньги иметь в мошне. Вон Вых папку уломал дать нам двух лучших жеребцов, да нанял одного мужика, который лет пять как в Гон перебрался, но возчиком тут успел поработать и каждую обочинку знает, как свои пять пальцев. Он нас и сопроводил, а сейчас у своих гостит.

— А Беломир, значит, пока занят, — она села напротив товарищей и нахмурилась. — Опять бояре бузят?

— Никакой бузы, — Вышата опрокинул в рот стакан сладкого киселя и вытер пробивающиеся усики.

— Они, как вы вернулись с победой, стали шелковыми. Князь-то мало того, что бажененок, так еще и змия в капусту порубал и врата пред Темными богами запер. Понимать надо, такого князя ежели злить — без штанов останешься, а то и без того места, на кое те штаны натягивают!

Гуляй дожевывал пирог, но при этих словах неприлично заржал и поперхнулся. Вышата заботливо подвинул к нему оставшийся кисель.

— Ах, в капусту-у-у, — протянула Весняна, глядя в потолок.

— Напомни-ка, братец названый, как на самом деле Милютич помер?

— Да кому какое дело, сестренка, — Гуляй выел все, до чего дотянулся, и сыто икнул. — Главное — песни, которые я нынче слагаю и пою желающим...

— За хорошую плату, — вставил Вышата.

— Да, за очень хорошую плату! А что, имею право, — пожал плечами скоморох-бажененок. — Чай, тоже шкурой там рисковал. Беломир — князь, ты — боярич, вам о мошне думать не приходится. А мне вот на свадебку надо копить. А то Ладка передумает за меня идти, она девка видная, к ней парни идут, как кораблики к родимому берегу.

Весняна прикрыла рот рукой и отвернулась, чтобы скрыть хохот, прорезавшийся после таких речей.

Да уж, Ладка чистый огонечек, и впрямь передумает за Гуляя выходить... После дождичка в четверг. Влюблена в него до смерти, спит и видит, как их жрец вокруг калины обводит и рушником связывает запястья.

— Ох, с тобой все понятно, — она справилась с весельем и снова повернулась к гостям.