Сердце из тьмы и тумана

А мы, в свою очередь, скажем, что ты была совсем не против, а после решила срубить немного денег и оболгала нас. Как думаешь, кому поверят: детям уважаемых магов или нищей, жадной до денег сиротки? Думаешь, ты такая одна? Думаешь, ты первая?

– В лесу полно людей! Идут занятия! Вам не скрыть от остальных…

Форст меня перебил:

– Вот и проверим. Беги, малышка, поищи того, кто тебе поможет, потому что время давно идет и у тебя осталось полторы минуты.

– Охота, во время которой дичь не убегает, не так интересна, – добавил Морис.

 – Но тоже имеет свое очарование.

В его глазах вспыхнула тьма, а пальцы нервно перебирали браслет на руке, словно ему не терпелось воспользоваться магией. Я шумом сглотнула и поняла.

Они не шутили.

Единственным разумным вариантом было бежать к школе, найти тренера или любого другого преподавателя и все рассказать. За полторы минуты я не успею выбраться из леса, но я неплохо бегаю.

Мне в спину донесся всеобщий смех. Дружки Даркхолда были совершенно уверены в своей безнаказанности и от души веселились, наблюдая за моим страхом.

А я словно вновь переживала последнюю ночь в приюте, только на этот раз Кейман волшебным образом не возникнет из воздуха, чтобы мне помочь. Придется просить помощи самой.

Несколько раз я упала. Ушибла коленку и порвала браслет с крупицами, которые рассыпались во влажной от тумана траве. Браслет я зажала в руке, а крупицы не стала искать. Но, оставшись совсем без магии, окончательно запаниковала. Хотя чем бы мне помогла светлая магия, которой я даже не владею? По ощущениям я бежала уже больше десяти минут, но школа все не появлялась, и впереди все так же был густой темный лес.

Местами стволы деревьев потемнели, приобрели пугающие черты. Тонкие, причудливо изогнутые ветки напоминали руки, тянущиеся ко мне из самых темных углов чащи.

Когда я остановилась, чтобы осмотреться, то нечеловеческим усилием заставила себя не думать о лесе. И о Даркхолде. Хотя даже мысль о нем рождала внутри злость, обиду и что-то еще, от чего хотелось плакать.

Как будто кто-то беспощадно разбил хрустальную мечту о принце.

Принц оказался чудовищем.

– Но мы еще поквитаемся, – сквозь зубы процедила я и, не обращая внимания на боль в колене, побрела вперед.

Не получилось определить направление ни по мху (его просто не было), ни по звездам (обе луны Штормхолда скрыли тучи). То и дело я замирала, прячась за массивными деревьями, вслушиваясь в тишину леса, но ничего ровным счетом не слышала.