Сердце из тьмы и тумана

– Что ты имеешь в виду?

– Мы опоздаем, Коралина!

– Одри! Что ты имеешь в виду? Ты что-то знаешь? Даркхолд снова собирается это делать? Эй!

Я схватила ее за руку, вынуждая остановиться. Одри наверняка с легкостью вырвалась бы (несмотря на полноту, она явно не пропускала занятия по физподготовке и уж точно не была кисейной барышней), но к горлу вдруг подкатила тошнота.

Грудь обожгло огнем, и я увидела Одри.

На невысоком каменном столе, непривычно худая, с разметавшимися по темному камню светлыми локонами, Одри истекала кровью.

А сердце все еще билось – в руках высокого демона с перепончатыми крыльями.

В руках Даркхолда.

* * *

Над Штормхолдом поднялась луна.

В старых книгах Даркхолд читал, что небо не всегда выглядело так, и мир освещали три луны, посвященные великим богам.

Самая большая светила Кросту – богу стихий и грозы.

Самая яркая – Тааре, богине хаоса и смерти.

Самая маленькая – Акориону, богу тьмы и брату богини смерти.

Они вставали в неизменном порядке: сначала темное небо освещал Крост. Затем к нему присоединялась Таара. И лишь потом, замыкая незыблемый ритуал, луна Акориона загоралась рядом с сестрой.

Так, во всяком случае, считали легенды. Акорион и Таара погасли, когда он был совсем ребенком, пары месяцев от роду. Боги погибли, оставив мир нестись, никем не управляемым, а его спутники слились воедино, оставив над Штормхолдом одну яркую луну.

Значит ли это, что кто-то из богов все же остался присматривать за нерадивым детищем? Даркхолд не знает, но давно перестал надеяться на отца. Акорион, темный бог, мертв. Неизвестно, существовал ли он вообще, отец так часто лгал, что вполне мог солгать и в этом. Даркхолду нравится представлять себя темным принцем, чья сила так велика, что однажды сокрушит Штормхолд, но жестокая правда жизни, скорее всего, заключается в том, что он обычный демон, не унаследовавший и десятой части темного дара чистокровных созданий темного бога.

– Эй! Ты здесь?

На пороге появляется мрачный отец.

– Оставь это. Позже прочтешь. Идем, я кое-что принес.

Ничего хорошего он не ждет, но все же заинтригован: отца не было несколько дней. Выбраться в деревню, увы, не получилось, урок отлично усвоен. Но все же несколько дней удавалось дышать и спать спокойно.

И все же интересно.