Сердце из тьмы и тумана

Ты должен отпустить ее душу, потому что только так она сможет двигаться дальше. Мы мало что знаем о смерти, но, говорят, душа, которую не могут отпустить, медленно и мучительно растворяется в магии вокруг. Ты хороший отец. Ты бы никогда не причинил Коре вред и не сможешь допустить, чтобы она лишилась шанса на перерождение.

– У нее даже нет могилы.

– Это несчастный случай, Гидеон. Несправедливый, жестокий. Но твоей вины в нем нет.

– Если бы я ее не отпустил… Я так боялся, что Даркхолд что-то с ней сделает, убьет ее или превратит во что-то… Не знаю.

– Никак. Ты можешь сделать шаг за ней следом. И тебе станет легче. Но если легенды не лгут, то, что случится с Коралиной, намного хуже смерти. Твоя дочь заслуживает начать все сначала, Гидеон.

Мужчина смотрит наверх. Мне вдруг становится страшно от мысли, что он меня увидит. И против воли я несусь вниз, к расщелине, уже понимая, с чем придется встретиться на ее дне.

Тело, скованное льдом, ничуть не изменилось.

– Покойся с миром, Коралина, – эхо приносит чужие слова.

– Прости, что не смог тебя уберечь.

Глава 9

Я проснулась от громкого звука, который оказался моим же собственным всхлипом. Очередной сон, пропитанный густой тоской, ударил больнее, чем обычно. Если я еще несколько раз взгляну на собственное мертвое тело, то свихнусь, и вряд ли кому-то будет до этого дело.

Несколько секунд, пока флер сна еще не спал, я находилась в прострации, а потом наконец осознала действительность.

Она, надо сказать, удивила.

Лежать было тепло и довольно удобно. Но неловко. Потому что попробуй тут остаться невозмутимой, если после кошмара обнаруживаешь себя лежащей на ком-то теплом и спящем. Да еще и заботливо прикрытой перепончатыми крыльями и зафиксированной тяжелой теплой ладонью, покоящейся на пояснице.

Я вздрогнула, тихо ойкнула и попыталась подняться. Ударилась макушкой о крыло, разбудила Даркхолда, села и хотела опереться на его плечо, но промахнулась и всем весом навалилась на перепонку.

– Эй! – возмутился Дарк. – Они из меня растут вообще-то.

– Прости… Выпусти меня!

– Зачем? – хмыкнул Дарк. – Ты так мило плакала во сне, что я даже проникся.