Темный секрет леди Чандлер

— Ты смотрела во всех шкатулках?

— Да, леди Агата. Даже под шкафом. Как сквозь землю провалилась. Я могу перебрать весь гардероб... — затараторила Ханна, но хозяйка ее перебила.

— Потом, мне пора выезжать. Принеси шляпку с перчатками, — ответила Агата и попыталась скрыть свое разочарование.

Это был дурной знак. Она посмотрела на взволнованное лицо камеристки и поняла, что Ханна тоже об этом подумала. Любая незамужняя девушка в Тавроне знала: потерять заколку — к скорому расставанию с ухажером. Глубоко вздохнув, Агата прикрепила шляпку булавкой, натянула на дрожащие пальцы перчатки и приказала себе не верить во всякие глупости.

Ханна, уже готовая сопровождать хозяйку, открыла входную дверь, и Агата хотела было выйти на крыльцо, но чуть не столкнулась с посыльным. Растерянный молодой слуга, казалось, потерял дар речи.

— Вы что-то хотели? — спросила Агата, не в силах оторвать взгляд от конверта в его руках.

— Да... Это леди Агате Чандлер. — Он протянул ей письмо через порог и поспешил удалиться.

Наблюдая за его бегством, она так и продолжала стоять, сжимая в руках записку. Агате не нужно было читать надпись, чтобы понять, от кого она. Этого слугу Агата неоднократно видела в доме Пирсов.

— Моя леди, — тихо позвала Ханна, — мы никуда не едем?

— Да. Можешь быть свободна. Я прочитаю письмо в кабинете отца, — ответила Агата, выныривая из своих мыслей.

Путь до комнаты она преодолела как в тумане. Оставшись наконец-то одна, Агата буквально растерзала конверт и достала послание от Оливера.

Дорогая леди Агата!

Под гнетом не зависящих от меня обстоятельств я вынужден расторгнуть нашу помолвку.

Лорд Оливер Пирс

Каждое слово звучало в голове Агаты, словно пощечина. Растерянность, злость, а затем и отчаяние захлестнули ее. Оливер был последней надеждой замять скандал. Внутри все похолодело. Она снова посмотрела на письмо и с ужасом представила, что же мог рассказать Райлих Дарк ее теперь уже бывшему жениху.

Агата скомкала записку и со злостью швырнула ее в камин. Немного магии огня, и от трусливого расторжения помолвки остался только пепел. Одного Агата не могла простить Оливеру — после помолвки она заслужила, чтобы эти слова ей произнесли в лицо.