Шальной ветер

Девушка посидела немного и спросила:

- Значит, ты занимаешься ещё и самостоятельно? И готов через неделю к длительной поездке?

- Да.

- Тогда вот тебе ещё один браслет. Будем надеяться, что он поможет тебе вкупе с остальными.

- Спасибо. - Ферди сжал ей ладонь.

От него ощутимо веяло уверенностью и радостью, и Алекса, только было открывшая рот спросить не самое приятное для него: не остановит ли его в этом стремлении мать? - рот немедленно закрыла.

Спустя минуты он проводил её до конца коридора. Карея там не было.

Чтобы лишний раз не маячить перед глазами матери, он притворялся, что до сих пор ждёт Алексу на улице, у машины. Так что девушка сама прошла следующие два коридора.

После сообщения Ферди, переданного его матери, мадам Тиарнак будто пропала. Впрочем, в её присутствии Алекса не нуждалась. Как и в её чае. Но сейчас, на пока ещё лёгкой волне тревоги, которая внезапно коснулась девушки среди всеобщей радости в комнате Ферди, Алексе вдруг изо всех сил захотелось, чтобы "традиция" была соблюдена и мадам встретила её в гостиной.

Девушка поёжилась. Да что происходит-то?!

Желание, как ни странно, сбылось. Мадам, слегка улыбаясь, сидела в кресле, мило беседуя с какой-то дамой. При виде вышедшей из коридора Алексы мадам Тиарнак кивнула незнакомой даме, наверное извинившись, и встала навстречу Алексе.

- Милая Алекса! - защебетала она, словно и не было странной, ошеломительной встречи, когда девушка передала ей очень неожиданное послание от старшего сына. - Как дела у моего Ферди? - Она спросила это так радостно и в таком откровенном ожидании, словно ничего и не произошло ранее.

Лишь глаза... Они словно жили сами по себе, отчего в них плескалось нечто холодное. - Есть ли какие-нибудь подвижки в его состоянии? Как он себя чувствует?

Девушка с трудом заставила себя чуть улыбнуться, чтобы скрыть изумление и лихорадочно продумать свой ответ. Нейтрально-дипломатический.

- Всё нормально. Мне кажется, он скоро будет в норме.

- Как я рада, Алекса! Я так счастлива, что ты появилась в моей жизни! - защебетала мадам Тиарнак, светски изящно касаясь пальчиками руки девушки.

Алекса вдруг ни с того ни с сего вспомнила свою первую встречу с этой женщиной - тогда, в ресторане, Карей, представляя Тиарнаков-старших, сказал небрежно: "Эти двое - мои родители". Сейчас эта сцена ярко высветилась перед глазами, и Алекса лишь теперь увидела главное: Карей мог в тот момент сказать всё, что ему угодно. Родители на него внимания вообще не обратили.