Шальной ветер

Карей всё-таки переживает из-за того, что случилось в тот вечер в замке? Переживает до такой степени, что даже магическое влияние Алексы не сдерживает его огонь?

- Замяли, - поколебавшись, сказала Алекса. - Не будем об этом. Мам, а что ты сказала Люку, когда он побежал за нами?

- Ничего особенного. Сказала: если он хочет часто видеть Карея в нашем доме, пусть даст вам возможность вдвоём ходить до калитки.

Девушка внимательно посмотрела на мать. Лицо старшей Коллум было не только благожелательным, но даже безмятежным.

- Мама, а тебе нравится Карей?

- Конечно. Хороший мальчик.

- Но... ты же его совсем не знаешь.

- Почему же совсем? Он легко смущается. Ему у нас уютно - даже притом, что младшие так и лезут к нему. Отсюда - он ещё и терпеливый. Он очень сдержанный мальчик - и даже не оттого, что ему приходится контролировать свои огненные выбросы. Симпатичный, - мама улыбнулась, - что тоже немаловажно. Или ты считаешь, что он не симпатичен? И мне очень жаль, что ты не видишь, как он пытается понравиться тебе.

- Он? Понравиться? - удивилась девушка, вспомнив его жёсткий тон: "Хочу!" в ответ на её неуверенное предложение снова стать друзьями. - Мам, а то, что он... - Алекса замолчала, но мама поняла.

- Он думал о брате, - просто сказала она. - Но ведь тот же Карей пришёл к тебе на помощь, когда встал вопрос выбора - брат или ты. Он выбрал.

- А я не легкомысленна? - задумчиво спросила Алекса. - Был Мэтти. Теперь...

- Ну, этот вопрос не ко мне, а к своему сердцу. Так, вот и папа появился.

Давайте ужинать, а там и Карей за тобой заедет.

... Вечер оказался гораздо более тёплым, чем обычно. Алексе даже показалось, что трепавший её лёгкий плащик ветер очень сухой - чувствительно, словно дул с раскалённого песка. И поэтому не верилось, что совсем недавно прошёл небольшой дождик - "слепой", под вечерним солнцем. Усмехаясь: "Регина счастлива?", Алекса почти бежала по каменным плиткам дорожки, глядя, как постепенно приближается к ней видимое через решётку забора чёрное поблёскивание машины Карея.

Одновременно девушка настраивалась на Карея - попробовать увидеть его глазами мамы. Правда, этот настрой был всего пару минут, пока вдруг на ум не пришла странная мысль: "Почему я должна видеть его чужими глазами? Почему я не могу оценить его сама? Потому что пристрастна? Пристрастна - в чём?"

Он ждал у калитки. Лицо привычно замкнутое. Но спокойное. Уже бездумно вглядываясь в него, Алекса уловила, что он чем-то сильно озабочен.