Лана из Змейгорода

— К тому же Яромор в отличие от Велимора имеет крылья, да и под его началом, если верить дозорным, драконов Нави хватает.

— Дадим отступнику и предателю бой! — возгласил Боемысл, и на этот раз его поддержали не только брат, но и подросшие сыновья, уже совершившие свой первый полет.

— Нам не хватит сил, мы едва оправились после встречи с другим предателем, — скривился Бронислав.

— Так что же, сложить покорно крылья и молить о пощаде? — спросил так и не присмиревший Боривой, который, кажется, единственный признавал, что в переходе двух лучших воинов Змейгорнода на сторону супостата есть и вина старейшин.

— А может быть, отдать ему наших жен и детей? — поддержал ветерана Боемысл, растивший вместе с Радмилой двух прелестных маленьких русалочек.

— Наших жен и детей отдавать никому не надо, — успокоил сограждан Рудознат. — А вот невесте отступника, нареченной, которая живет в его доме, неплохо бы с ним поговорить.

И снова у Ланы упало сердце, когда она услышала одобрительный гомон испуганных сограждан, видевших в том, чтобы выдать ее на поругание Кощеевым слугам, единственное спасение для Змейгорода.

— Все правильно! — эхом откликнулись родовитые женщины, прижимавшие к себе испуганных и не понимающих, что происходит, детей. — Она его столько лет ждала. Пусть поговорит.

— А если он ее слушать не станет? — попытался достучаться до сограждан Боривой. — Кто знает, вдруг чары Кощея ему разум затмили, заставив забыть не только свое имя, но и все, к чему лежала душа.

— Да точно он ее забыл, — загомонили ящеры, безо всякого стыда обсуждая предложенный Рудознатом вариант спасения. — С глаз долой, из сердца вон.

— Не просто так он сбежал накануне свадьбы! — припоминали старейшины, перекладывая на Лану вину за побег Яромира.

— И все же стоит попробовать, — возражали другие.

— Послушаем, что скажет Мудрейший, — спохватились наконец, вспомнив, что бремя большинства спорных решений привыкли сваливать на сдавшего в последнее время жреца.

Мудрейший скорбным виноватым взором посмотрел на Лану и, прочитав в ее глазах согласие, изрек:

— Выдавать, как предлагали в прошлый раз, мы никого не будем, но вот попросить можно. Как дочь Водяного решит, так и поступим. А сами будем готовиться к сече.

Лана не заставила себя долго ждать.

— Я поговорю с ним, — тихо вымолвила она, и, не глядя на старейшин, поправила плачею и ушла к себе в избу собираться то ли на свидание с милым, то ли на смерть.