Однажды я стала женой проклятого герцога

– Засранец, – я из всех сил старалась говорить вежливо, но видит бог мое терпение не безграничное. – Чтобы вы знали: так я называю вас в своих мыслях. Я могу идти?

Я встала, не желая более находиться с ним в одном помещении.

– Сначала ждут разрешения, – прозвучало вкрадчивое, – а потом уже делают.

– Так я могу идти? – несколько нетерпеливо спросила я, заглядывая в бледно-серые глаза.

Лицо – непроницаемая маска, но глаза… они улыбались?

Нет, наверное мне просто показалось.

– Идите.

Уже стоя в дверях, я напоследок бросила:

– Поешьте, пожалуйста.

Госпожа Луиз приготовила изумительный капустный пирог.

И наггетсы.

С кетчупом.

***Примечание: Делюсь с вами очень красивой мелодией. Аспид ассоциируется у меня с одной песней, именно под неё пишутся диалоги:Soap&Skin - Me and the Devil

Глава 20 - Завтрак

Сражающемуся с чудовищами следует позаботиться о том, чтобы самому не превратиться в чудовище.

Фридрих Вильгельм Ницше.

Я сидела за обеденным столом, заправленным тяжелой темной тканью, и наблюдала за резкими движениями госпожи Луиз.

Она нервничала пока подавала кашу и небольшие бутерброды с говядиной. Как впрочем нервничала и я. А причиной тому был сидящий напротив маг, который впервые решил разделить со мной завтрак. И зачем, спрашивается? Ему вчерашнего вечера не хватило?

“Ария!” – одернула я себя мысленно. – “Между прочим это его дом. И ты тут на птичьих правах”.

Мужчина читал газету и медленно пил свой черный кофе. Его лицо было бледным и изможденным.

Тишину разрезал его тихий, холодный голос:

– И как вам живется здесь?

Ложка в моей руке дрогнула.

Я прочистила горло, с грустью разглядывая кашу, к которой так и не притронулась.

Я просто-напросто боялась подавиться.

– Замечательно.

– Жалоб нет?

– Только если на вас.

Маг усмехнулся, а госпожа Луиз громко звякнула чашечкой чая, чуть не упустив ее из рук.

– Не терпится услышать, – прозвучал расслабленно ответ. Мужчина не отвлекался от новостей.

Вы меня пугаете!

А еще я жутко нервничаю и просто хочу съесть свою остывшую кашу!

Но вслух сказала:

– Мне некомфортно.

– Вам некомфортно? – Мужчина отложил газету и поднял на меня свой серый тяжелый взгляд, от которого немедленно захотелось спрятаться. – Весьма содержательно, госпожа Тернер. Вам некомфортно в моем присутствии, я полагаю?

Его пронзительные серые глаза смеялись, а на губах едва-едва проглядывалась улыбка. Я глубоко вздохнула.

– Да.

– И по какой причине?

– Мне просто некомфортно. И все.