Вы всё жжёте! Том 2

Что бы я ни сказала, оно будет укладываться только в нарисованную Фаро картину, придавая ей яркость, полноту и выразительность.

— Леди де Кибо, — укоризненно поцокал он языком. — Разве мы придумали эту историю, свидетелем которой был лорд Фурнье? Разве мы устроили явление призрака Филиппу Второму? Кстати, как вам это удалось? Молчите? Не хотите отвечать или не знаете? Имейте в виду, вы можете сильно пострадать, попав в колесо придворных интриг. А в доме вашего отца вам будет хорошо и спокойно.

— Любит? Выполняет ваше поручение, — не согласилась я. — Вот и сейчас заманил меня обещанием отдать вещь мамы, а сам привел в ловушку.

Под тяжелым взглядом Фаро Бовьен засуетился, распаковывая сверток, и наконец извлек довольно потрепанный томик Сильвена Герена.

— Вот, — сдавленно сказал он, — Корали его очень любила, все боялась потерять. Даже подписала.

Он раскрыл на титульной странице и протянул мне. В верхнем углу действительно стояла мамина подпись.

— Огонек, приди в себя, — забеспокоился призрак. — Эта книга никогда не принадлежала твоей маме. Ей лет меньше, чем тебе. Посмотри внизу страницы.

Я сморгнула выступившие слезы. Посмотрела. Зло захлопнула томик.

— Эта книга была напечатана после моего рождения. — Захотелось швырнуть Бовьену в лицо, но я лишь сдвинула ее по столу. Резко сдвинула, так, что она чуть не упала, адресат подхватил в последний момент.

Фаро притянул книгу к себе, раскрыл, недовольно покрутил головой.

— Инор Бовьен, я же просил.

— Вы просили, вы просили! — взвился тот. — Я нашел в точности такую же, даже подпись перенес. Кучу денег отвалил. Ей все равно, — он кивнул на меня, — а для меня это память о Корали. Я не готов вот так с ней расстаться.

— Могли бы хотя бы того же года найти, — укорил Фаро.

— Я пытался. Это был первый тираж.

— Огонек, прости, но твой отец болван. Если уж взялся подделывать, мог и нужный год вставить, — заметил призрак. — Думаю, что тот, кто перенес подпись твоей мамы, взял бы за это самую малость или вообще сделал бы бонусом.

— Мэтр Фаро, вы действительно полагаете, что мне будет хорошо в доме инора, который врет по столь серьезному поводу? — не выдержала я.