Изумруд для монстра

Раньше мне никогда не приходилось видеть особняки вживую, только на картинках, поэтому при описании его мне казалось, что я делаю всё верно. Здание было огромным и величественным, в серо-белых оттенках. Несколько колонн держали своды крыши возле входа в дом. На окнах около двери фрески, изображавшие причудливых существ. Так и хотелось прикоснуться к ним, но я знала, что этого делать нельзя, иначе существа появятся на самом деле и съедят нарушителя спокойствия.

Прямо над дверью висел небольшой золотой колокольчик, а рядом с ним шнур, за который и дёрнула Аделия.

Хрустальный перезвон заполнил двор, и к нам вышел прислужник, который встречает всех гостей. Его рост был невелик, и пришлось наклониться, чтобы удивиться, насколько же я оплошала, когда описывала карлика. Кривой нос, чёрные глаза, вместо губ тонкая полоска, тело всё морщинистое и словно высохшее от времени. Он пугал, и в то же время ты не мог отвести от него взгляда, пока карлик сам не захочет этого.

— Кто? — гаркнул карлик грубо, и его глаза сузились, когда он заметил Аделию.

— Что надо?

Не припомню, чтобы у них были плохие отношения. Я посмотрела на Аделию, девушка мило улыбнулась и указала на меня пальцем, произнося:

— Мне было приказано привести вещь моего наставника.

— Вещь? — цокнул карлик языком, и если взглядом можно было убивать, то это был бы настоящий снайпер.

— Вещь, — повторила Аделия. — Так вы нас пропустите?

— Не положено, — карлик скрестил на груди руки и, развернувшись к нам задом, продолжил: — Следуйте за мной.

Аделия собиралась перейти порог вслед за прислужником, но он рявкнул:

— Вещь, а не вы!

— Прости, — опустила глаза в пол Аделия. — Дальше тебе самой придётся идти. Он проводит тебя до наставника.

— Ааа…

Разрыв шаблона. А может, это начало их пути? Тогда ясна неприязнь прислужника и почему Аделия ничего не знает про своего наставника. Но делать нечего, приходится подчиняться и идти вслед за карликом, ведь он ждать точно не будет и, если заблужусь, только посмеётся, а я кану в неизвестность запутанных ходов и помещений.

— До встречи, — бросила я через плечо и услышала, как дверь за нами громко захлопнулась, отрезая путь на волю.

Мрачные полутёмные коридоры с тусклыми, висящими на цепях лампами. Мягкий ковёр, который сам счищает с себя всю уличную грязь, но помнит, кто там невежливо прошёлся по нему. Живые стены, что кряхтят от тяжести картин и пытаются притронуться к живому существу.