Царство Серебряное

Круглая Луна вдруг выкатилась из-за туч и она увидела, как колышется волнами молодая трава, а вдалеке серебрится озеро.

— Мы на месте, Лена, только вот место это не очень хорошее.

— Чем же?

— Я ведь сокол, говорил же. А Марья вход открыла нам глубоко под землей. Придется лезть в пещеры. Моя стихия — небо, а змеи любят сырые тоннели. К тому же видишь, ночь? Ночь — их время. Моя сила днем растет, а они сильнее ночью.

— Может быть дождаться утра?!

— Ждать на открытом месте не дело. К тому же Марья предупредила, что вход откроется на короткое время, а к утру закроется снова.

Легкий ветерок весело играл его волосами, Лена вздохнула.

— Не бойся, пока я жив, с тобой ничего не будет!

— Я знаешь о чем жалею? — спросила она.

— И о чем же?

— Только о том, что эти пять лет мы были не вместе. Если бы я тогда поверила в себя, я бы тебя остановила и мы бы столько хорошего успели пережить. А если что-то случится вдруг, то всё это просто потеряно.

— Иди-ка сюда, — поманил он и Лена шагнула ближе.

Прислонив её спиной с машине, Вадим ловко накинул на талию пояс-разгрузку, застегнул его, подергал, пристраивая получше, засунул в подсумки и карманы нож, фонарик, воду. Потом поцеловал долгим поцелуем.

— Ты только не забывай, что жалеешь про эти пять лет, ладно? Помни меня, пожалуйста. Что бы ни случилось, помни, не забывай, хорошо?

В голосе у него было столько тоски, что Лена потянулась к нему всем сердцем. Обхватила лицо руками, посыпая короткими поцелуями.

— Никогда я тебя не забуду. Почему ты всё время об этом просишь? Скажи мне, Вадим!

Он вскинул на спину рюкзак, взял канистру и тщательно полил крышу машины. Потом кивнул ей:

— Отойди подальше!

Миг и в небо взлетело яркое пламя.

— Не дело, оставлять врагу оружие или коня. Ну, идем!

Подхватив фонарь, он направился к расселине, что чернела неподалеку. Вскоре яркий луч, разорвав тьму, исчез в черной пасти пещеры и растаял там, не найдя преграды.

— Не отставай и во всем меня слушайся, — сказал он и нырнул во тьму.

— Куда ты — туда и я, — Лена, не колеблясь, шагнула следом.

Узкий вход вился змеей, уходя вниз. Каменные стены плакали влагой, где-то гулко бились капли воды. Вадим уверенно шел вперед и свет фонаря почти не освещал ей дороги, силуэт Вадима отбрасывал на неё густую тень, закрывая с головой.

Было очень тихо, только их шаги эхом дробились впереди и позади от них и свет отражался в мириадах капель.