Царство Серебряное

Я сам погибну, а тебя выручу, обещаю!

— Страшно мне! — вдруг вырвалось у неё и Лена всхлипнула, но тут же его руки сомкнулись вокруг, успокаивающе сжимая плечи:

— Я буду с тобой, обещаю! Вытащу, не брошу! Слышишь?! Мне теперь без тебя тоже ничего не надо.

Когда она немного успокоилась, он сказал:

— А теперь послушай меня. Когда выйдем наружу, всякое может быть. Змеи что-то нам да приготовили. Но мы справимся. Только ты слушай меня во всём, поняла? Верь мне. Поверишь?

— Верю.

— Что я скажу, то и делай. Скажу беги, значит беги.

— Побегу.

— Хорошо. А теперь целуй меня крепко и пойдем.

Машину Вадим завел заранее, потом вывел Лену из дома.

— Запри дверь своей рукой, — он протянул ей ключи. — Пусть он запертым останется, нечего тут делать всякой нечисти.

Потом, отойдя от порога, Вадим низко поклонился дому:

— Спасибо за приют и защиту!

Он сделал это так естественно и просто, что Лена невольно прониклась его чувствами. Склонила голову и прошептала тихо:

— Спасибо! Прощай.

— Ну, идём, — Вадим вывел её за калитку и они оказались на улице.

Снег сильно подтаял в последние дни оттепели. Лужи темнели на асфальте, сугробы посерели. На ветке березы у соседнего дома сидел ворон. Большая, черная птица. Едва Вадим открыл дверцу, ворон с громким карканьем взлетел в воздух.

— Быстрее, Лена, — проговорил Вадим проводив птицу тревожным взглядом. Он велел ей пристегнуться, а сам нажал на педаль газа. Машина затряслась, будто собираясь развалиться.

Улицы в поселке были плохо заасфальтированы, да ещё снег подтаял и застыл ледяными корками, увеличивая неровность покрытия.

Лена вцепилась в боковую ручку, воскликнула:

— Ой, мамочки!

Слишком уж он разогнался, а впереди крутой поворот на соседнюю улицу.

— Сбавь скорость! — крикнула она, но Вадим и не думал слушать. Машина так и мчалась, грозя врезаться в забор, который повторял контур дороги.

Три неясные тени появились вдруг, вывернув из-за угла.

— Люди! — крикнула она, когда передний бампер уже почти коснулся их коленей.

Её тряхнуло, потом прижало к полу, будто сверху навалилась плита, забор качнулся и ушел вниз, вместе с тремя фигурами, а небо наоборот раскинулось перед ними, серое, с качающимися облаками. Лена закричала, ничего не понимая, а потом огляделась и воскликнула:

— Мы что, летим?! Летим?! Летим!

— Я же говорил тебе, много раз: я — сокол. Забыла что ли?

Не успела она ответить, как в окно с её стороны ударило чем-то и осколки со звоном рассыпались на коленях.