Проект «Надежда». Книга 1

– Я испугался, – комично поёрзал на стуле Виктор. – Всего лишь придётся сбежать ещё раз.

– Могу заранее обрадовать – вы будете первым, кому удастся сбежать до суда из моего управления, – седой поднялся и, подойдя к двери, вызвал охрану. Повернувшись к Виктору, добавил: – Мы почти не пользуемся в управлении современной техникой. Работаем по старинке. Но специально для такого случая, до момента передачи в суд, обеспечим вас надёжной охраной.

– Проводите господина Стона в пятую камеру. Пусть он подумает на досуге о дальнейшей судьбе.

– Это к ненормальному профессору? – переспросил подчинённый.

– А у вас на примете есть свободная и надёжная одноместная камера, кроме той, которую уже арендовала шайка пришельцев с большими полномочиями? – удивлённо посмотрел седой на конвоира.

– Нет, сэр! Всё ясно, сэр! – отчеканил полицейский.

Защёлкнув на руках у Виктора наручники, старые знакомые вновь повели его по пыльным коридорам, только теперь вниз.

«Судьба подкинула очередную задачку, – подумал Виктор, шагая по этажам. – Что-то не хочется провести десять лет в четырёх стенах. Придётся уносить ноги или отсюда, или во время суда. Из тюрьмы убежать гораздо труднее. Да, капитан хорошо знает своё дело: запирает в камеру с каким-то чокнутым, да ещё и профессором. Из этого интеллигента напарник так себе. Вернее, никакой из него напарник. Знаю я эту братию. Только рассуждать красиво могут, а как до дела дойдёт – сразу сдуется.

– Похоже, совсем разорилась ваша контора, даже камер не хватает, и смотрю, лифтами вы из принципа не пользуетесь, – произнёс Виктор, пытаясь как-то расшевелить конвоиров.

– На тебя бы хватило, да понаехало тут разных, – с неохотой откликнулся один из них.

– Лифтом пользоваться запретили, собственной охраны кругом понатыкали, – недовольно проворчал второй.

– Это кто же может, так распоряжаться в вашем замечательном заведении? – заинтересовался Виктор.

– Нам не докладывали. Ткнули в нос шефу какой-то карточкой и стали здесь хозяевами, – продолжал недовольно ворчать плотный.

– Ага, – поддержал его молодой, – посадили в одиночку, в третью камеру какого-то жулика, и сторожат его непонятно зачем.