Крылья для Анны

Большинство спален стояли “законсервированными”, там достаточно было уборки пыли раз в неделю. В каждой ванной имелся люк, через который грязное белье можно было скинуть вниз, в прачечную. Еда готовилась на пятерых без особых изысков, прислуга питалась так же, как и хозяин. Горничные большую часть дня слонялись без дела, создавая лишь видимость работы. Иногда чистили перила и натирали дверные ручки, пару раз Анна видела, как они меняют полотенца или подметают пол. Еще они каждый день убирали снег во дворе (и не лопатами, а жужжащей, похожей на газонокосилку тачкой, разбрасывающей снег во все стороны) — и на этом их обязанности заканчивались.

Итак, жизнь в замке Трех Ветров оказалась еще скучнее и однообразнее, чем в Белых Крыльях. Там Анна хотя бы видела живых людей и могла выйти в магазин.

Теперь же делать было совершенно нечего, шить не хотелось, спать тоже, а книги в библиотеке оказались скучными. Ни одного любовного романа Анна не нашла. Спрашивать у хозяина не решилась: он старательно избегал ее общества.

С одной стороны, Анну это уже напрягало. Неужели она настолько неприятный собеседник. А с другой — разве не этого она хотела?

Спасали горы. Если на небе сияло солнце или хотя бы не дул такой сильный ветер вкупе со снегопадом, Анна надевала свой любимый плащ и выходила на смотровую площадку. На горы она могла смотреть часами. Удивительное зрелище! Как можно было прожить столько лет и никогда даже не тосковать по этой красоте?

Разумеется, она не могла не столкнуться с хозяином.

— Погодите, тааннет Анхорм!

— Что вам, Мэррил? — Югор явно пребывал не в духе и вообще сегодня как никогда походил на встопорщенного и сонного филина.

— У меня к вам просьба. Как к хозяину.

— Внемлю.

— Вы не могли бы хоть иногда со мной разговаривать?

— Зачем?

— Просто потому, что нужно разговаривать с людьми!

— Зачем?

— Ну не можем же мы вечно избегать друг друга?

— По-моему, у нас отлично получается, — отрезал Югор.

— Я чувствую одиночество и страх, — призналась Анна, которая знала, что с мужчинами лучше говорить прямо. — Обычно я сама строю свою жизнь, а теперь… Я не знаю, что ждет меня в будущем. Нас ждет.

— Никаких “нас” нет, — отрезал Югор.