75000. Париж. До востребования

Но Мария Владимировна сей факт удачно не замечает, как и тот, что и трона уже нет.

Есть даже настоящие короли, которых, так сказать по-парижски, «отбаррикадили», чему они, естественно, не рады и продолжают считать себя правителями всея чего-нибудь, не считаясь ни с законами, ни с действительностью. Таков Константин II, как бы король Греции, но и принц датский по счастливому стечению обстоятельств.

А в Германии и бывшей Пруссии так в каждой деревне по венценосному Вильгельму. Та же феодальная раздробленность в Италии.

Переписка – дело не из легких и порой требует усилий гораздо больше, чем уход за фиалками на подоконнике. Нужно знать все их титулы, обращения (а то назовешь его величество его высочеством, и, будь ты в Средневековье, голова бы уже покатилась с плеч) и следить за их жизнью. Каждое письмо моя старушка пишет от руки на гербовой бумаге. И королевские канцелярии ей всегда отвечают!

Однажды по её совету и я попробовал, так и мне ответили! Сам князь Монако! Это вам не открытка от дедушки на день рождения.

Так вот, переписывалась-переписывалась французская мадам с европейскими монархами, и тут случись свадьба какой-то шведской принцессы. Как всегда, наша монархофилка написала поздравление и, между прочим, в строках своего письма пожаловалась на непростительное шалопайство французского телевидения, которое не запланировало прямую трансляцию со столь значимой церемонии.

Через некоторое время Катерине пришел ответ с извинениями, а заодно и приглашением. Звали нашу знакомую на ту самую свадьбу. Посольство Швеции во Франции взяло все заботы на себя, и старушку доставили аккурат на праздник. Представили принцу и принцессе и посадили за стол наблюдать за шоу. Как вы понимаете, вживую торжество наблюдали исключительно породистые гости, которые к тому же друг другу по пять раз родственники, и наша мадам.

В промежутке между шестым и седьмым блюдом мадам Катерина разговорилась с соседкой, которая оказалась графиней из Италии. По окончании вечера они обменялись карточками, и дама с башней на голове, от продолжительности вечера ставшей немного пизанской, настоятельно просила ей писать.

Дальше пошли письма напрямую и без всякой канцелярии. Справлялись о делах и заботах.