Рождённые в горах. Тропа светлячков

Она постучала, и ей сразу же открыли дверь. На пороге Рию встретила Рататоск.

– Доброго утра вам. – Поклонилась Риа.

– И тебе доброго. – Ответила Рататоск. – Ты за Трюггви?

– Да, он говорил, что мы пойдём в лес сегодня. – Сказала Риа. – Утверждал, что вновь нашёл что-то эдакое!

– Ой, что ж это я, проходи. – Спохватилась Рататоск. – Если тебе не трудно, не могла бы ты его разбудить? У меня сегодня столько дел, я и не знаю, за что сначала браться.

– Он ещё спит? – спросила Риа.

Она оглядывала прихожую. На стене у входа на кованном крючке, покрытым узорами, висел лук, а на полу под ним лежал колчан, набитый стрелами с металлическими наконечниками.

Трюггви только начал брать уроки по стрельбе у Калена, и, пока что, собственного лука у него не было – он пользовался отцовским.

На столе стояли две лодочки с ещё тёплой, но стремительно остывающей кашей. Риа догадалась, что поставлены они были для Трюггви и его брата.

– Ага. – Ответила Рататоск. – Спит, как убитый. Вчера вернулся из леса только к ночи! Но булочки все съел. Я рада, что он перестал сопротивляться.

Согласно кивнув и подойдя к лестнице, Риа спустилась на нижний этаж. Прямо перед ней в постели дремал младший сын Рататоск. Слева же похрапывал тот, что постарше.

– И тот, что попрелестнее. – Добавила шёпотом девушка.

Она подошла к его постели. Трюггви лежал без рубахи. Одна его рука пряталась под подушкой, другая обнимала её.

Тут глаз Рии заметил красное пятно на руке друга. Как странно, он никогда не показывал его и не рассказывал о нём. Такое большое, оно было похоже на сечёную рану. Продолговатое и почти незаметное. Форма этого недо-шрама также напоминала ребристый нож. Риа вспомнила, что на этом самом месте у Трюггви недавно располагался ожог от крапивы, но он давно сошёл с кожи.

Девушка провела ладонью по его краям. Трюггви приоткрыл правый глаз. Левый скрывался за подушкой. Он тут же подскочил.

– Доброе утро. – Поприветствовала Риа друга. Она решила не спрашивать у него ничего на счёт этого шрама. Если не говорил, значит была на то причина. А если сам захочет, то скажет. – А не забыл ли ты, что сегодня мы хотели побегать по лесу?

– Доброе… утро?.. – протянул неуверенно Трюггви. – Уже утро? А я совсем не выспался.