Рождённые в горах. Тропа светлячков

– Но, ведь, это же было пять зим назад! Как ты могла скрывать это?

– Вы спрашиваете меня об этом после того, как таили точно тоже самое больше пятидесяти зим!? – спросила Риа.

– Это просто крик души. – Отмахнулась травница. Она отпустила руку Рии, дар на которой слабо светился.

– Как часто он проявляется? – спросила Эйва. Интерес распирал её!

– За эти семь дней уже два раза. – Подумав, ответила Риа.

– Так часто? Я обычно жду несколько месяцев, чтобы воспользоваться им. – Засомневалась Эйва.

– Вы хоть пользоваться им можете.

– Возразила Риа.

– И то верно. – Покачала головой Эйва. Старуха пришла в себя. – Так вот, отвечая на твой первый вопрос: демон испугался дара жизни. Вся их сущность в разрушении. Мой дар противоположен демонам.

– То есть, это получается, что я тоже имею дар жизни!? – до девушки только дошло. – Они же у нас совершенно одинаковые!

– Угу. – согласно кивнула старуха.

– Поверить себе не могу! Я думала, что могу только цветочки выращивать! Недавно такой красивый цветок сделала, которого никогда и не видела прежде.

– Поделилась Риа.

– Как мне хочется поведать тебе о многом, но я не могу перестать слушать тебя! – закивала Эйва. – Рассказывай давай, что ещё интересного происходило с даром!

Тихими разговорами закончился очередной предзимний вечер: листья шуршали, сверчки стрекотали, а ветер, которым было пропитано всё вокруг, уносил далеко в леса и небеса тайны, которые никто никогда не узнает…

22. Он молчал, а его глаза кричали

Не успело Солнце взойти, вся деревня уже шумела.

У каждого были свои вопросы, на которые они искали ответы. Спать в этом гомоне голосов было невозможно, поэтому тем, кто ещё лелеял надежды отдохнуть часок-другой, пришлось, героически преодолев желания, покинуть объятья постелей. Многие выражали своё недовольство от столь раннего подъёма.

Люди плотно столпились вокруг дома травницы, в котором без сознания лежал Бьёрн, и только проснулся Кален, а Эйва уже во всю за ними ухаживала. Крики не давали ей сосредоточиться.

Когда она выронила из рук глиняную миску, тут же разлетевшуюся на десяток крупных осколков, её спокойствие рухнуло, как стена, долгое время сдерживающая гнев.

Травница открыла дверь со скрытой надеждой врезать кому-нибудь ею в лоб. К её сожалению, а открывалась внутрь, зато, как только она её открыла, нескончаемый поток жителей стал пытаться влиться в избу.

– А ну, замолчали все! – крикнула Эйва, преграждая путь в свой дом. – Кто-то один!

– Вы!..

– А вот!..