Рождённые в горах. Тропа светлячков

* * *

Человек в плаще сбросил капюшон и подошёл к драконихе. Та устало лежала на подушке из разной растительности. Вокруг метался Пепел. Клубы дыма вырывались из его ноздрей. Он больше не мог терпеть. Так же, как и огромная толпа собравшихся здесь драконов. Среди них человек увидел и Амура. Это белоснежный дракон, который согласился прокатить его с ветерком по всему свету на своей спине. Ноги, конечно, после того раза были разодраны знатно, и болячка заживала больше двух недель, но впечатления остались надолго.

Человек подошёл к драконихе и присел рядом, опустившись на колени. Он взял край её огромного крыла и свернул его. Дракониха лежала на правом боку, и другое крыло просто стелилось по мху и ветвям.

Как только живот открылся взору, комнату сразу озарило так, что все драконы отшатнулись от такого сильного света, а человек и вовсе прикрыл глаза и ещё долго не мог открыть их. Действовать приходилось на ощупь.

Главарь подошёл ближе. Появление яйца, хоть и очень важный момент, но никто не кричал об этом во всё горло.

Так и главарь не стал объявлять о том, что сейчас будет – и так все прекрасно знали об этом.

Человек ощупал живот уже погрузившейся в глубокий транс драконихи. Сейчас она не чувствовала ни боли, ни тревоги, ни голода, и вообще ничего.

«Ох уж и сильный дар будет», – думал человек.

Тут и не поспоришь, такого сильного сияния не было со времён брата Главаря, который и возвёл всю эту гору даром создания. Главное, чтобы и этот дар не потерялся…

Человек, воспользовавшись даром орудия, держал в ладони красный клинок.

Он сделал небольшой надрез на ноге драконихи, из которого тут же хлынул слабый поток крови. Точно тоже самое человек должен был сделать и с Пеплом. Он подошёл к дракону.

– Постой на месте.

Сделай это быстрей. – Попросил Пепел. – Можешь не говорить, о том, что будет больно, и так знаю.

– Как хочешь. – Улыбнулся Человек без имени.

Он сделал такой же надрез на ноге Пеплу. Дракон стиснул зубы от боли, пока кровь многочисленными струйками стекала между его чешуйками.

Лезвие волшебного оружия проходило сквозь драконью чешую так же легко, как пронзало человечью плоть.

Человек отозвал дар, и нож тут же исчез. Он подставил руку к ране и собрал бордово-синюю кровь в ладонь. Потом вновь вернулся к драконихе и взял в другую ладонь её кровь. Начиналась магия. Человек хлопнул ладонями, наполненными густеющей жидкостью. Кровь не разлетелась по всем стенам и не упала на морды драконов.