Белый шиповник и черные ягуары

Тем более, раз у девушек в комнате стоит не только артефакт-кондиционер, но и компактная модель стазис-шкафа, тоже врученная Инсе заботливым отчимом, с хранением фруктов проблем быть не должно.

Принести ей мороженого друзья, к сожалению, не могли, уровня их дара было недостаточно для создания стабильных охлаждающих заклинаний, рунами они пока не владели, и специального артефакта у них тоже не было. Поэтому Инса попросила купить ей любимых зеленых груш, носивших в Бартастании, как выяснилось, забавное название «Гордая дева».

«Очень тебе подходит», — прокомментировал Терд и уговорил её еще и на белые персики, называвшиеся, по его мнению, тоже очень подходяще — «Северная дева».

— Ну почему северная — фрукт-то южный? — удивилась Инса.

— Потому что они бе-лы-е, — по слогам, как маленькому ребенку, пояснил Терд.

В общем, Кита с Тердом отправились в поселок, а Инса погрузилась в чтение справочника о бартастанской культуре, посчитав эту информацию на данный момент самой актуальной.

Друзья вернулись к обеду и принесли не только печенье, груши и персики, но еще и конфеты, сливы и виноград.

В итоге решили, что подсчитают общую сумму и поделят на троих, поскольку Терд попросил сохранить его долю в комнате девушек, так как его соседу в смысле сохранности чужих вкусностей веры нет, уже проверено. А у них тут и стазис-шкаф есть, и никаких пожирателей чужих продуктов нет.

Через пару часов после обеда, решив, наконец, попробовать «Северную деву», Инса не удержалась от комментария:

— Персики, конечно, очень вкусные, но я всё-таки никак не могу привыкнуть к этой вашей бартастанской манере давать всему подряд поэтичные названия.

Странно, что вы друг друга подобным образом не называете.

— Почему не называем? — удивился Терд. — Называем, просто не всегда. Раньше, говорят, это вообще было признаком вежливости — наградить собеседника как можно большим количеством эпитетов, и чем они цветистее будут, тем лучше.

— Ну и как бы ты меня назвал, если бы стремился быть вежливым на старомодный манер?

— Да вот хотя бы и Белым Персиком.

— Ну, не-е-ет, — насмешливо протянула Инса, — мне такое определение не подойдет. Вот папа называл меня Белым Шиповником, вот это было подходящее прозвище.

— Почему? — удивленно поинтересовалась Кита.

— Ну я когда маленькая была, у меня волосы были очень светлые, почти белые, а не золотистые, как сейчас.

— Нет, почему шиповником, а не розой?

— Да какая из меня роза? — отмахнулась Инса. — Для розы я недостаточно утонченная.