Белый шиповник и черные ягуары

Она, конечно, понимала, что даже деревянным предметом отцу можно ведь нанести и смертельный удар, но Инса была готова заплатить эту цену, чтобы не отдать брата потусторонней твари.

Взяв киянку, оказавшуюся довольно тяжелой, в руки, она осторожно и медленно, поскольку неестественное сопротивление воздуха никуда не делось, двигалась вдоль стены пока не зашла отцу за спину, потом аккуратно приблизилась и, крепко сжав инструмент обеими руками, размахнулась, насколько это получилось в таком желеобразном воздухе, и изо всех сил ударила его по голове.

Отец рухнул на пол, но потусторонняя тварь вопреки ожиданиям не исчезла. Она больше не пыталась забраться в Икена, теперь она, наоборот, утекала за грань, каким-то неведомым Инсе образом увлекая брата за собой.

— Нет-нет-нет-нет-нет, — запричитала Инса, упав на колени рядом с Икеном и пытаясь понять, что же ей теперь делать. Идей не было никаких, а брата тем временем постепенно утягивало на ту сторону. Потом ей было сложно описать, что именно происходило — Икен просто как будто исчезал из этого мира, как бы растворялся, перетекая в тот.

Говорят, что иногда человеку, попавшему в безвыходную ситуацию, помогают сами Стихии. Наверное, в тот раз произошло именно это. Внезапно Инсе стало абсолютно ясно, что нужно делать. Она легла рядом с Икеном, повернула ставшее неестественно тяжелым тело брата на бок, крепко его обняла, тесно прижавшись всем телом, и, закрыв глаза, начала нараспев повторять: «Останься со мной. Останься среди живых. Останься со мной.

Останься среди живых». И снова, и снова, и снова.

Потусторонняя тварь не отпускала, она тянула Икена, а теперь и Инсу на ту сторону, туда, где вечный туман и вечная тишина. Но желание Инсы, яркое, как солнце, и яростное, как лесной пожар, оказалось сильнее безликой сущности. И спустя вечность, наполненную пробирающим до костей стылым холодом, потустороннее отступило, проход на ту сторону закрылся, и Инса почувствовала, что теперь в подвале остались только люди. Но вот живые ли?

Открывать глаза было страшно, но пришлось.

Икен дышал, но в себя не пришел и на попытки сестры его растормошить никак не отреагировал. Отец тоже был жив и тоже без сознания. Трогать его Инса не решилась, а вот Икена решила вытащить из подвала, прежде чем вызывать целителей, тем более что оставлять брата наедине с отцом после всего случившегося не хотелось.

Она аккуратно подхватила Икена под мышки, приподняв голову и плечи, и осторожно потащила прочь из подвала.